1. Я их называю «интеллектуальными идиотами»

in Conflicts 2018 · Economics 2018 · Finance 2018 · Nation 2018 · Person 2018 · Politics 2018 · Putin 2018 · RU · Russia 2018 · Skepticism 2018 · State 2018 · The Best · Trump 2018 5 views
          
71% посетителей прочитало эту публикацию

Europe       Russia     USA        World
GEOMETR.IT  ir.rbc.ru

 

*  Взаимопонимания не бывает. Каждый человек – остров. Лучше угостите его кофе

Нассим Талеб — американский публицист, экономист и трейдер. Всемирную известность Талебу принесла книга «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости», вышедшая в 2007 году. Согласно Талебу, почти все события, которые имеют значительные последствия для рынков, глобальной политики и жизни людей, являются совершенно непредсказуемыми.

Таким образом, традиционный риск-менеджмент, который применяют государственные органы и компании, оказывается бесполезным. Теория завоевала популярность на фоне разворачивавшегося финансового кризиса 2008 года, ставшего живой иллюстрацией к рассуждениям Талеба.

Газета The Times назвала Талеба самым выдающимся мыслителем мира, но он далеко не теоретик: в «черный понедельник», 19 октября 1987 года, когда индекс Dow Jones упал на 22,6%, Талеб заработал на торговле акциями около $40 млн.

   (  01  )

«Теоретики редко становятся богачами»

Вы написали в своем Facebook: «Наблюдение по поводу современности: слишком высокий темп изменений оказывается смертельным». Нас и вправду ждет коллапс?

— Если общество недостаточно быстро приспосабливается к изменениям, его ждет коллапс. Но и слишком быстрое приспособление превращается в регресс: общество начинает терять то хорошее, что у него было до того, как начались перемены.

*   Перед тем как проводить новые реформы, вы должны убедиться, что предшествующие реформы сработали.

Одно из самых больших разочарований нашей эпохи — глобализация не привела к интеллектуальному разнообразию, не породила плюрализма мнений. Напротив, мы видим, что весь мир начинает вести себя как централизованная система: общество кластеризуется, возникает деление на «наших» и «ваших».

* Эта напоминает жизнь в тоталитарном государстве: есть официальные мнения, их ты должен разделять, иначе становишься изгоем.

— Открытое общество оказалось мечтой, мы живем в мире, поделенном на высоколобых читателей The New York Times и простоватых зрителей Fox News?

— История полна примеров, когда общество разбивалось на группы, враждующие между собой по абсурдным причинам. В Византии люди делились на политические партии в зависимости от того, какую команду на ипподроме поддерживают — «синих» или «зеленых», они регулярно собирались, чтобы устроить резню.

Это ничем не хуже и не лучше тех религиозных групп, которые уничтожали друг друга просто потому, что придерживались разной теологии. Все это глубоко в человеческой природе. Если такая поляризация имеет место на планетарном уровне, это опасно. Конечно, она во многом возникает благодаря работе СМИ.

— Словосочетанием года стало fake news. Трамп завоевал симпатии потому, что выбрал образ борца с медиа. Почему СМИ стали восприниматься как зло?

— Потому что они создают ситуацию, в которой люди живут в двух разных мирах. Практически все, что CNN передает по конфликту в Сирии, — ложь. Я почувствовал это, когда был в Алеппо: собственными глазами ты видишь одно, в новостях — совершенно другое.

В итоге среди западных журналистов сформировалась интеллектуальная монокультура. Если ты пытаешься показать, что происходит на самом деле, на тебя вешают ярлык, ты не получишь работы на главных американских каналах. Это инквизиция нашего времени, которая наказывает за мнения…

— Принято считать, что СМИ манипулируют мнением реднеков, «работяг», но тому же CNN доверяют и образованные люди.

— Их зрители — это те, кого я называю «интеллектуальными идиотами». На самом деле как раз реднека обвести вокруг пальца невероятно сложно.

Если ты ищешь, кого бы обмануть, лучшая кандидатура — это кто-то вроде читателя The New Yorker. Этот человек рассуждает так: если я интеллектуал — значит, я понимаю, что происходит в мире. При этом он не осознает простой вещи:

*   Любой человек, который не кормится интеллектуальным трудом, — это уже эксперт, поскольку его профессия  связана с реальным миром.

Например, водопроводчик — эксперт по тому, как класть трубы и так далее. Их опыт основан на взаимодействии с повседневностью, и у них очень критичное к догмам мышление. Образованные люди, напротив, чаще склонны исходить из безумных идей, не имеющих отношения к действительности.

* Чем больше сил вы посвящаете изучению макроэкономики или глобальной политики, тем выше шансы в итоге оказаться в «макродерьме».

Почему так происходит? Потому что самая страшная патология нашего времени — потеря контакта с реальностью. Когда я зарабатывал торговлей на бирже, то часто сталкивался с особым типом трейдеров, которые просчитывали какой-то сценарий на компьютере, а потом пребывали в уверенности, что в действительности все будет так же.

Лучший вопрос, который сбивает с них апломб: «А сколько у тебя на банковском счете?» Потому что теоретики редко становятся богачами: человек способен принимать здравые решения, только если он включен в реальность.

—  Я   знаю немало тех, кто против вмешательства государства в экономику и одновременно за расширение социальных программ. Как будто одно не противоречит другому.

— Люди оперируют слоганами. Например, одни говорят, что они феминистки, а потом ты видишь, что они предпочитают нанимать на работу мужчин. Этожизнь в двух разных мирах. И все становится гораздо хуже, когда эта двойственность приходит в политику.

Почему политики нашего времени так безответственны? В книге, над которой я сейчас работаю — Skin In the Game. The Thrills and Logic of Risk Taking — «Рискуя своей шкурой. Страхи и логика принятия рисков», отстаиваю мнение: адекватные решения принимаются только тогда, когда человек «рискует своей шкурой».

Но политики управляют так, словно в компьютерную игру играют: риски нулевые, а значит, и решения будут неадекватными.

«Какой бы глобальной проблемой ни занимался бюрократ, он не принимает ее близко к сердцу»

Какие главные угрозы человечеству вы видите в ближайшем будущем? Ждет ли нас глобальный кризис или крупная война?

— Я не думаю, что в ближайшее время мы придем к настоящей, «горячей» мировой войне. Война хороша для некоторых государств и некоторых компаний, но таких не слишком много. Чаще всего державы, которые действительно могут позволить себе вести войну, предпочитают вести ее чужими руками.

— А самая большая ?

— Возможность защиты, которую нельзя упустить — это движения снизу, которые противостоят тоталитарному «официальному мнению». Например, те, которые мы наблюдаем сейчас в Каталонии.

Да, оно не привело к появлению отдельного государства. Но в примере с Каталонией мы видим попытку людей высказать мнение, которое не навязано государством. Нужно больше таких движений, поскольку они ведут к децентрализации, возможности опробовать максимальное количество разных вариантов административного устройства. И выбрать те, которые устраивают самих людей.

Нассим Талеб  — в 1980-х годах Талеб занимал руководящие посты в брокерских компаниях Лондона и Нью-Йорка, затем основал собственный хедж-фонд Empirica Capital. Работал в Курантовском институте математических наук (Нью-Йорк), Лондонской школе бизнеса, Оксфордском университете и др.

Он автор книг «Динамическое хеджирование», «Одураченные случайностью», «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости» и «Антихрупкость. Как извлечь выгоду из хаоса». Его «Черный лебедь» в течение 36 недель находился в списке бестселлеров The New York Times Bestseller. Книга была переведена на 40 языков, а ее тираж еще в 2011 году превысил 3 млн экземпляров.

В 2015 году Талеб стал сооснователем некоммерческого учреждения Real World Risk Institute, занимающегося разработкой новых методик риск-менеджмента.

*  1 — Публикация не является редакционной статьёй. Она отражает исключительно точку зрения и аргументацию автора. Публикация представлена в изложении. Оригинал размещен по адресу:  http://ir.rbc.ru/material/17

GEOMETR.IT

11 Comments

  1. Независимо от того насколько сложны наши варианты выбора и насколько хорошо мы доминируем над шансами, случайность будет иметь последнее слово

  2. Нечеткость и двусмысленность языка что-то глубоко затрагивают в наших генах. Так зачем с этим бороться?

  3. Ясно, что шансы в играх, где правила ясно и явно определены, могут быть вычислены и риски, следовательно, могут быть измерены. Но не в реальном мире Поскольку мать-природа не обеспечила нас ясными правилами. Жизнь — не колода карт, мы даже не знаем, сколько там цветов. Но так или иначе, люди «измеряют» риски, особенно если им за это платят.

  4. Поппер считал, что есть только два типа теорий: 1) теории, о которых известно, что они ложные, поскольку они были проверены и отвергнуты (он называет их фальсифицированными); 2) теории, о которых еще не известно, что они ошибочны, они пока не фальсифицированы, но рискуют стать таковыми. Почему теория никогда не бывает истинной? Потому что мы никогда не узнаем, все ли лебеди белые.

  5. Журналисты больше натренированы в методах выражения, чем в проникновении в глубину вещей — процесс отбора одобряет наиболее общительных, но необязательно наиболее хорошо знающих.

  6. Талеб пишет что Цицерон предпочитал скорее руководствоваться вероятностью, чем апеллировать к определенности, – это было очень удобно, потому что позволяло ему противоречить себе. Мы, кого Поппер научил, как оставаться самокритичными, уже по этой причине можем сильнее уважать Цицерона, потому что он не придерживался твердо какого-то мнения только в силу того факта, что сам высказал его когда-то в прошлом.

  7. мы требуем права противоречить самим себе! — вспоминается Сорос Что отличает настоящих спекулянтов, таких как Сорос, от остальных, так это их «независимость от траектории» в действиях. Они совершенно не привязываются к тому, что делали в прошлом. Каждый день – как с чистого листа.

  8. нам нравится рождать логические и рациональные идеи, но нас необязательно радует их исполнение.

  9. На рубеже XVIII и XIX веков А. Н . Радищев создал образ своего уходящего столетия. Символом этого века для него сделалась река крови, впадающая в бесконечный океан будущего:
    Урна времян часы изливает каплям подобно:
    Капли в ручьи собрались; в реки ручьи возрасли,
    И на дальнейшем брегу изливают пенистые волны
    Вечности в море; а там нет ни предел, ни брегов;
    Не возвышался там остров, ни дна там лот не находит;
    Веки в него протекли, в нем исчезает их след.
    Но знаменито во веки своею кровавой струею,
    С звуками грома течет наше столетье туда;
    И сокрушил наконец корабль, надежды несущей,
    Пристани близок уже, в водоворот поглощен,
    Счастие и добродетель, и вольность пожрал омут ярой,
    Зри, воспылают еще страшны обломки в струе. — Радищев

  10. Везучие дураки совсем не подозревают, что они всего лишь везучие дураки, – по определению, они не знают, что принадлежат к этой категории.

Добавить комментарий

Your email address will not be published.