У нас было все впереди, у нас не было ничего впереди

in Euroskepticism · Faith · Literature · Nation · Philosophy 1345 views / 81 comments
          
71% посетителей прочитало эту публикацию

Мир Европа Россия Украина Молдова Гагаузия

GEOMETR.IT 27.11.2015

1 – Чарльз Диккенс. «Повесть о двух городах»

« Это было лучшее из всех времен, это было худшее из всех времен; это был век мудрости, это был век глупости; это была эпоха веры, это была эпоха безверия; это были годы света, это были годы мрака; это была весна надежд, это была зима отчаяния; у нас было все впереди, у нас не было ничего впереди; все мы стремительно мчались в рай, все мы стремительно мчались в ад».

2 – Charles Dickens. “A Tale of Two Cities”

“ It was the best of times, it was the worst of times, it was the age of wisdom, it was the age of foolishness, it was the epoch of belief, it was the epoch of incredulity, it was the season of Light, it was the season of Darkness, it was the spring of hope, it was the winter of despair, we had everything before us, we had nothing before us, we were all going direct to heaven, we were all going direct the other way. ”

* Charles Dickens is much loved for his great contribution to classic English literature. He was the quintessential Victorian author. His epic stories, vivid characters and exhaustive depiction of contemporary life are unforgettable.

His own story is one of rags to riches. He was born in Portsmouth on 7 February 1812, to John and Elizabeth Dickens. The good fortune of being sent to school at the age of nine was short-lived because his father, inspiration for the character of Mr Micawber in ‘David Copperfield’, was imprisoned for bad debt.

The entire family, apart from Charles, were sent to Marshalsea along with their patriarch. Charles was sent to work in Warren’s blacking factory and endured appalling conditions as well as loneliness and despair. After three years he was returned to school, but the experience was never forgotten and became fictionalised in two of his better-known novels ‘David Copperfield’ and ‘Great Expectations’

3 – Charles Dickens. „Geschichte aus zwei Städten“

„ Es war die beste und die schlimmste Zeit, ein Jahrhundert der Weisheit und des Unsinns, eine Epoche des Glaubens und des Unglaubens, eine Periode des Lichts und der Finsternis: es war der Frühling der Hoffnung und der Winter der Verzweiflung; wir hatten alles, wir hatten nichts vor uns; wir steuerten alle unmittelbar dem Himmel zu und auch alle unmittelbar in die entgegengesetzte Richtung “

* Charles Dickens.   Vor 200 Jahren wurde am 7. Februar im britischen Landport Charles John Huffham Dickens geboren, das zweite von insgesamt acht Kindern eines Marinezahlmeisters. Als er 1862 mit seinem Freund und späteren Biografen John Forster seinen 50. Geburtstag feierte, hatte dieser Charles Dickens Oliver Twist (1837-39), Eine Weihnachtsgeschichte (A Christmas Carol, 1843) und David Copperfield (1849-50) sowie eine ganze Reihe weiterer Bücher geschrieben, die zu den erfolgreichsten und bemerkenswertesten literarischen Werken seiner Zeit gehören.

Kaum zwei Jahre vor seinem runden Geburtstag hatte er den Roman fertiggestellt, der sein zu Lebzeiten meistgelesener war und mit geschätzten 200 Millionen Exemplaren weltweit das noch heute meistverkaufte Buch ist, das je in englischer Sprache geschrieben wurde: A Tale ofTwo Cities. Die deutsche Erstausgabe von Eine Geschichte aus zwei Städten ist zumindest einigen Quellen nach im Jahr 1862 erschienen und feiert damit im Schatten des großen Dickens-Jubiläums ein kleines, nämlich ihren 150. Geburtstag.

4 – Charles Dickens „ Opowieść o dwóch miastach”

„ Była to najlepsza i najgorsza z epok, wiek rozumu i wiek szaleństwa, czas wiary i czas zwątpienia, okres światła i okres mroków, wiosna pięknych nadziei i zima rozpaczy. Wszystko było przed nami i nic nie mieliśmy przed sobą. Dążyliśmy prosto w stronę nieba i kroczyliśmy prosto w kierunku odwrotnym. ”

* Charles John Huffam Dickens, pseudonim Boz (ur. 7 lutego 1812 w Landport koło Portsmouth, zm. 9 czerwca 1870 w Gadshill koło Rochester w hrabstwie Kent[1]) – angielski powieściopisarz. Uznawany za najwybitniejszego przedstawiciela powieści społeczno-obyczajowej w drugiej połowie XIX w. w Anglii.

GEOMETR.IT

Беларусь и ЕС. Эта «любовь» надолго?

2 — Беларусь. 5 мифов. Pro / Contra

What Putin Knows? Кого не догоняет Запад?

2 — English is not normal, а хрен знает что?

Зачем Беларуси «югославский клуб»

81 Comments

  1. Несомненно, это книга достойна восхищения! Трогательная драма верных сердец разворачивается на фоне трагических событий, революции 1792 года, которая перевернула мир.
    Живой язык, прекрасный слог обволакивает вас и погружает в иной мир, где мечтают, действуют, живут люди, которые не смотря ни на какие преграды, преодолевают все страдания, чтобы вновь обрести свою семью.
    Советую прочитать эту книгу каждому, она не только банально помогает поддерживать чистую веру в душе, она становится тем, что питает надежду в светлое будущее и семейные узы.

  2. Книга неплохая, но, если вы хотите прочитать исторический роман Диккенса, я бы рекомендовал Барнеби Радж .

  3. Классика. По-настоящему диккенсовский роман, неспешное повествование, описание различных мелочей, герои со своей историей. Читать в зимний денек, под одеялом) получите удовольствие.

  4. …”Высшие военные чины, не имеющие ни малейшего представления о военном деле; высокие представители флота, никогда не видавшие корабля; ведомственные сановники, никогда не ведавшие никакими делами; служители церкви, приверженные всякой скверне мирской, бесстыжие, с плотоядным взором, блудливыми речами, погрязшие в распутстве, — все это были люди совершенно непригодные для того звания, коим они были облечены, и все они с утра до вечера изощрялись во вранье, притворяясь пригодными.” Цитата из это книги.

  5. Текст перевода примитивный,нелогичный,невозможно уловить нить повести.Причём это совершенно не детская книга.Начинать знакомство с Диккенсом надо с другого,например,с Оливера Твиста и Больших надежд.В оригинальном переводе,может,эта повесть лучше,не читала пока.

  6. “Повесть о двух городах” – один из самых популярных англоязычных романов – стал бестселлером задолго до возникновения самого термина.

  7. Лондон и Париж .Великая французская революция. Камера в Бастилии и гильотина в ту пору были столь же реальны, как посиделки у камина и кружевные зонтики, а любовь и упорная ненависть, трогательная преданность, самопожертвование и гнусное предательство составили разные грани мира диккенсовских персонажей.

  8. Чарльз Диккенс. по три-четыре часа истязал своих гостей чтением своих же текстов вслух и считал, что делает этим мир лучше.

  9. Именно Диккенс придумал слово “boredom”, что очень характерно для него

  10. Лично мне знаменитая диккенсовская ирония обычно надеодает своим однообразием к третьей странице любого текста.

  11. Особый шарм повести придают еще советские комментарии, в которых нам расскажут, что пока Диккенс обличает аристократию – он молодец и правдописец, а когда он пишет о революционном режиме – он не смог отойти от буржуазного мировосприятия, сгущает краски и попросту врет.

  12. Большинство героев бесили тем, что вполне традиционно поделились на очень хороших или очень плохих. Конечно, это же Диккенс. Не нужно объяснять, чем так хороша Люси и почему в нее все влюбляются – это вполне допустимо в тексте, где есть всего одна девушка замужнего возраста, а холостых мужчин в разы больше.

  13. Не нужно удивляться тому, что герои один за другим проявляют чудеса наивности и действуют примерно так: “А поеду-ка я в революционную Францию. Я же всего лишь француский аристократ, что со мной может случиться?”
    Словом, очень по-Диккенсовски.

  14. Но есть в Повести и моменты, в которых я невольно забывал о раздражении.
    Это части, навеянные, как я понимаю, Карлейлем. Куски текста, в которых на героях особо не останавливаются, а дают картинку всего, что происходит.

    • Зачем читать то,что раздражает?Почитали бы КАМАСУТРУ–может быть для Вас больше пользы было?

  15. Прекрасный текст с не очень сложными, но очень эффектными противопоставлениями: на прилавках совсем нет еды, зато вокруг оружие. много оружия, наточенного, блестящего. Ну или та же бочка с вином, ставшая давно уже классическим примером.

  16. Это текст, который заставляет забывать о времени и других книгах и будет преследовать, пока не дочитаешь его до конца.

  17. Как и предвещает первый абзац, никак не поймешь, чего ждать дальше. Восхищаться тем, что происходит, или опасаться, с восторгом читать о вяжущих женщинах или начать обдумывать, как защититься от смертоносных спиц, порицать или уважать, останавливаться на свободе, равенстве, братстве, или помнить, что под руку с ними шагает еще и смерть.

  18. В общем, из двух городов— мятежный Париж и спокойный Лондон.А книга отличная.

  19. Восхитительная книга, которую мне однозначно захочется перечитать.

  20. «Повесть о двух городах» достаточно легко читается, возможно, потому, что роман не перегружен историческими фактами и излишней детализацией. Сюжет динамичен, образы героев ярки и непосредственны, у книги непередаваемый «диккенсовский шарм».

  21. Франция и Англия изображены в контрастном отражении. Дворянство утопает в роскоши, а народ умирает в нищете.

    • А разве Вам не напоминает это сегодняшние дни?Вот только “качество” дворянства,если можно так выразиться,—подкачало…

  22. Порядок и спокойствие на самом деле достигаются террором и безнаказанностью палачей. Правосудия нет – есть только произвол власти. Насилие и месть, месть и насилие, ставшие смыслом существования, подсоленные изрядной толикой фанатизма – круг замыкается, и в нем заперт простой человек, которому некуда бежать—Вам это ничего не напоминает?

  23. Многострадальный народ молчит лишь до поры до времени, однажды его терпению приходит конец. И трагедия героев романа неразрывно связана с судьбой целого народа. Это история тайн, боли, любви, интриг, страстей и приключений.

  24. Диккенс пишет о представителях разных сословий и социальных пороках, вызывающих ожесточенность и ненависть. Автор верит в прогресс и по-своему пытается воспитать читателя ради будущего.

  25. Ведь, по мнению Диккенса, безнадежных и неисправимых людей нет – каждый может измениться, если будут соответствующие предпосылки и желание. Автор помогает нам переосмыслить человеческие ценности и наделяет знанием, что кара неминуемо настигнет преступников, нужно лишь дождаться. Вот только хватит ли сил терпеть до логической развязки?

  26. Советую читать этот роман в дождливый осенний день, предварительно отрешившись от окружающего мира, настроившись на полное погружение в книгу, укрывшись пледом, и балуя себя чашечкой горячего чая с плюшками.

  27. Талантливый человек талантлив во всем. К Диккенсу это относится безусловно. Если раньше я познакомилась и влюбилась в Диккенса-романиста, Диккенса-трагика, знатока человеческой природы, Диккенса-общественного деятеля, то прочитав “Повесть о двух городах” узнала Диккенса-историка и полюбила не меньше.

  28. . Диккенс очень ярко, образно, на живых примерах, а не на сухих цифрах, показывает состояние французского общества в последнее десятилетие перед революцией: нищета и убожество простого народа, угнетенное и забитое крестьянство, произвол, жестокость, гнусность обогатившейся аристократии.

    • Ничего с того времени не изменилось.Сравните с сегодняшней “ЭЛИТОЙ”и ее продуктом–“ЗОЛОТОЙ”молодежью

  29. Чтобы представить весь ужас, накал ситуации, не нужно штудировать учебники, Диккенсу для этого достаточно описать 2-3 сцены. Вот карета маркиза за всем ходу сбивает ребенка на улице. Вот крестьянская девушка, сошедшая с ума от того, что барин свел в могилу всю ее семью, а над ней надругался. Вот несчастный доктор, проведший в застенке Бастилии 18 лет и виновный только в том, что был невольным свидетелем злодейства маркиза. Все это ужасает. И становится понятно, почему так долго копившееся народное возмущение вылилось в такую кровавую резню.

  30. Из романа вполне очевидно, что Диккенс, явно стоящий на стороне народа, тем не менее не приемлет насильственных методов. Он столь же ярко показывает все ужасы революции, кровожадность разбуженной, обезумевшей от свободы и власти толпы, ее бездумную мстительность. Мы видим, как словно дикари люди топчут окровавленную мостовую под Марсельезу, как каждый день без разбора выносят приговоры сотням невинных, как жестоко расправляются с теми, кто раньше был выше их.

  31. Толпа потеряла над собой контроль. Но новая власть умело умудряется с ней обращаться, направляя народный гнев туда, куда ей выгодно. Не удивительно, что такой строй и такая революция были не по душе писателю.

  32. И на фоне всех этих ужасов разворачивается история семьи Манетт и их друзей. И тут снова перед нами в лучшей Диккенсовской манере – яркие, удивительные характеры и главных героев, и второстепенных.

  33. Над последними страницами романа я буквально обливалась слезами. И, конечно, стоит особое внимание обратить на второстепенных персонажей: англичанку до мозга костей мисс Просс, невероятного Джерри, мистера Лорри. Все они – восхитительные образцы Диккенсовского мастерства.

  34. Резюме после прочтения таково: очень качественная, сильная, яркая проза, интересный сюжет, яркие герои. Несомненно, рекомендую к прочтению

  35. Какое же страшное произведение! Тем более страшное, что во-первых, правдивое, а во-вторых, рассказанное в общем и целом спокойным, сдержанным языком. Ужас, страх, безысходность, несправедливость, описанные без истерики и ненужного нагнетания давят так, что не вздохнуть. И сколько же мыслей, больших, уровня “о судьбах человечества”, начинает бурлить в голове даже не после прочтения, а уже где-то на середине. Не знаю, как другие читатели, а я, пожалуй, на эти вопросы ответы себе по прочтении книги дать не смогла. И Диккенс мне ничего не подсказал. Но это и не было его задачей. Мы должны задуматься и помнить. А не понять.

  36. Первое и самое главное для тех, кто еще не читал роман: продержитесь, очень вас прошу, продержитесь примерно до середины романа. Первая часть, условно “мирная”, когда герои прорисовываются автором и подготавливаются для финального акта, она длинная, на мой вкус сильно затянутая и слишком перегруженная лишними деталями. И еще она такая, в не лучшем смысле слова “английская”. Тягучая, густая, почти бесвкусная.

  37. Но вот Чарльз Дарней получает письмо, отправляется в Париж и на этом все переворачивается с ног на голову и начинает нестись вперед сломя эту самую голову.

  38. Автор как на качелях бросает нас от одной крайности к другой. От описаний мерзейшего маркиза, переезжающего коляской младеца, к летописи зверств красноколпачников. От благородного революционера Дефаржа к его совершенно сумасшедшей кровожадной жене.

  39. Конечно, когда на стороне условной “лондонской” стабильности такие приятные герои, как Манетты и Дерней, то выбор как-то сам собой подразумевается. Но потом на суде зачитывается старое докторское письмо, обличающее преступления благородных братьев, и вновь маятник бросается в противоположную сторону.

  40. Нет правых. Но все виноваты. Аристократия Франции в том, что не считала народ за вообще одушевленных людей. Народ Франции в том, что не смог держать свою жажду крови в узде. И такие вот “приличные” люди, вроде Дарнея, виноваты в том, что видели и понимали весь грядущий ужас, но ничего не сделали, чтобы его предотвратить.

  41. Может, если бы он и такие, как он, не “умыли руки”, а встали во главе революции, у них получилось бы сдержать людей от катастрофических действий.

  42. Такие вот интеллигентные люди часто знают, как исправить ситуацию, могут взять все в свои руки. Но боятся эти руки марать. Или боятся, что тоже не смогут вовремя остановиться?

  43. Мысль, которая не дает мне покоя – это вера мстителей в то, что их угнетателям должно воздаться по заслугам в любом случае. То есть, этот принцип “проклинаю тебя до последнего колена”, “ты – потомок фамили, значит, должен умереть”. И почему? Потому, что все верят в загробную жизнь. И что в этой самой загробной жизни условному маркизу будет в его аду еще хуже, когда убьют всех его потомков.

  44. Весь этот принцип отложенного воздаяния, наказывания мертвых людей путем убийства невинных, путем разрушения – это, мне кажется, один из основпологающих факторов такого огромного количества невинно убиенных в этой и многих других революциях.

  45. Я не буду много писать о собственно человеческой истории. Она, в лучших диккенсовских традициях, немного преувеличена. Положительные черты главных героев написаны такими крупными мазками, что даже немного режут глаз. Но душераздирающий финал прошибает совершенно искреннюю слезу. Да, пафосно. Да, мало похоже на реальность. Да, слишком романтично. Но как же красиво!

    • Это и есть Великая литература,И всегда прекрасно к ней при коснуться!

  46. И какое это оставляет светлое чувство, после такого кроваво-красного и серо-черного от опаленных пожаром каменных стен романа.

  47. Как только начались активные события во Франции, перед глазами у меня стояли картинки чего бы вы думали? Нолановского “Темного рыцаря: возрождение”. Как оказалось, не напрасно возникли эти образы. Именно этим романом интеллигентный английски режиссер вдохновлялся, когда снимал революционный бунт своего Готэма. Именно суд в Консьержи он описывал, когда показывал суд “жителей Готэма” с выбором “изгнание или смерть”. И именно финальные слова Сидни Картона читает Гэри Олдман над могилой в конце фильма. Так что, да, я еще раз убедилась, что не всегда блокбастеры – это фильмы, сделанные корыстными людьми для идиотов. Иногда умный автор может рассказать умному зрителю что-то совершенно особенное и глубокое даже в фильме про человека-летучую мышь. Но это, как говорится, лирическое отступление.

  48. Отзыв содержит завуалированный спойлер! Я старалась, как могла, но без этого – никак.

    Мистер Диккенс, сэр, вы снова сделали это.

  49. Диккенс очень четко показывает, что революция – это не только светлый путь в светлое будущее, но и насилие, убийства, самосуд, грабеж, все, что порождает еще большее насилие… И как же сложно уцелеть простому человеку, волею Судьбы заброшенному в этот кровавый водоворот!

    • Жалко,что это произведение не изучают в школе или в ВУЗах— может быть был обы больше понимания происходящего?А может быть было бы меньше столь модных сейчас цветных революций?

  50. Сначала главные герои показались мне какими-то смазанными – и правда, ну что за описание героини – “золотые волосы, голубые глаза, добрая, честная”? И вообще, думала я, где такие любимые мной у Диккенса человеческие отношения, где, в конце концов, объяснение в любви Чарльза?! Конечно, по сравнению с такими героинями книги, как История и Святая Гильотина, любой геройский герой кажется непрописанным, но это уже как-то чересчур небрежно… И даже закралась мысль, что книга-то мне не так уж нравится…
    А потом до меня дошло, что герой-то, настоящий Главный герой – вовсе не Чарльз, не Люси, даже не ее страдалец-отец! Нет, они тоже хорошие, славные люди, но есть тут один парень… Герой драматический, выписанный по всем правилам, с объяснением в любви и развитием характера! И как только я поняла, кто это – я поняла, чем все закончится. Ну не может не закончиться!.. И это было очень больно.

  51. А когда подумаешь, сколько было подобных историй в то время, сколько людей не спаслись в разгар революционного безумия – вообще жутко делается. Каюсь, но страницы с описаниями “активных действий людей из народа” я прочитывала как можно быстрее и невнимательнее…

  52. . В этой книге весь сюжет вокруг суда и арестантов закручен, но от этого она не стала скучной, наоборот! В сравнении с другими романами “Повесть о двух городах” имеет крайне динамичный и напряженный сюжет, да и это правильно, не представляю себе эту историю рассказанную в меланхоличном стиле.

  53. Большое внимание отведено не столько природе, сколько самим городам, горожанам прогуливающимся по улочкам. Думаю эту книгу вполне можно было использовать за путеводитель в те времена, пройтись по Сохо, по мосту через Темзу, по улицам Парижа и недалеких от него поселений. Вместе с тем, описания природы, когда они попадались весьма детально описаны + использованные метафоры еще больше украшали повествование.

  54. Но я была приятно удивлена как автор проработал образ Сидни Картона, из не приветливого алкоголика, не имеющего заботы ни о ком и ни о чем, он в результате делает завидные успехи в плане морали и добродетели. Я симпатизирую этому человеку, у него незаурядные умственные способности.

  55. Доктор Манетт также привлекает внимание, но скорее он будет интересен психотерапевтам.
    Все же, чтобы с нами не происходило влияет на жизни других и нас самих, конечно же.
    Понравилось, как Диккенс закончил роман, не последние события, а последние несколько предложений, это удачный ход.

  56. Куски исторических фактов дали толчок восполнить пробелы в моем образовании, это как всегда оказались кровожадные времена и люди полные ненависти стояли за событиями во Франции.

  57. Любая революция очень жестока и кровожадна французская не исключение. И если народ поднять, то потом ввести его в жесткие рамки очень трудно.

  58. Ваша правда, что есть, того не скроешь. И надо знать даже такую жуткую историю.

  59. У каждого из нас есть свои непостижимые странности, скрытые в тайниках души, и они ждут только благоприятного случая, чтобы прорваться наружу.
    Ну что тут сказать? Это же Диккенс, хоть он и показался мне чуточку непохожим на себя в этой “Повести”.

  60. Всем мои зеленые звездочки в этот раз достались одному лишь персонажу. Это Сидни Кранчер Женский персонаж (да еще такого типажа) меня не впечатлил. Дура дурой. Простите уж.

  61. Про революцию, взгляды Диккенса на эту проблему, трудности, с которыми сталкивался простой народ и почему в один прекрасный момент все это так кроваво бабахнуло мне говорить не хочется. Во-первых, я уверена, что уже нашлись на сайте люди, которые лучше меня все это разобрали на мелкие кусочки и подали под красивым соусом, во-вторых, я в принципе стараюсь избегать обсуждения таких вот моментов.

  62. Из предисловия Чуковского узнала, что эта книга выходила не в ежемесячном журнале, как обычно публиковался Диккенс, а в еженедельном, что не могло не наложить свой отпечаток на это произведение. В целом оно динамичнее остальных его книг. И тем не менее это все тот же мой любимый Диккенс, хоть и немного в новом качестве.

Добавить комментарий

Your email address will not be published.

Latest from

UE: Skutki dla umów —2

*Trybunał Sprawiedliwości Unii Europejskiej (TSUE) orzekł, że model rozstrzygania sporów na drodze arbitrażu
Go to Top