Monthly archive

Январь 2019

ФЕВРАЛЬ – ПРЕДАТЕЛЬ. БОЙСЯ ТОТ, КОМУ ФЕВРАЛЬ ТЕПЛОМ ДОХНЕТ

in Crisis 2019 · Europe 2019 · France 2019 · Literature 2019 · Person 2019 · RU · Russia 2019 · Skepticism 2019 · State 2019 · The Best 2019 · YOUTUBE 2019 75 views / 0 comments

Europe France Russia

GEOMETR.IT

 

* Мне снился мучительный Гойя, художник чудовищных грёз. Больная насмешка над жизнью, над царством могилы вопрос. – Как будто душа о желанном просила, И сделали ей незаслуженно больно. – Все, чем жил с тревогой, с наслаждением, Все, на что надеялась любовь, Проскользнуло быстрым сновидением, Никогда не вспыхнет вновь. – В душах есть все, что есть в небе, и много иного. – Намёки на сверхчеловека, обломки нездешних миров, Аккорды бездонных значеньем, ещё не разгаданных снов. – Вот в эту самую минуту, когда мы здесь дышим, есть люди, которые задыхаются. – КОНСТАНТИН ДМИТРИЕВИЧ БАЛЬМОНТ. В 1921 году эмигрировал, жил, сильно нуждаясь, во Франции. Создал во Франции цикл ярких стихотворений, полных тоски по России. Умер в городке Нуази-ле-Гран близ Парижа.

 

YOUTUBE 2019 КОНСТАНТИН БАЛЬМОНТ. БЕЗГЛАГОЛЬНОСТЬ. 23.07.2015. – Как будто душа о желанном просила, И сделали ей незаслуженно больно.

YOUTUBE 2019 АККОРДЫ. КОНСТАНТИН БАЛЬМОНТ. 08.08.2014. – Мне снились волхвы откровений, любимцы грядущих времён… Намёки на сверхчеловека, обломки нездешних миров

YOUTUBE 2019 КОНСТАНТИН БАЛЬМОНТ. ЛЕБЕДЬ. 28.07.2015. – Все, чем жил с тревогой, с наслаждением, Все, на что надеялась любовь, Проскользнуло быстрым сновидением, Никогда не вспыхнет вновь.

*

ФЕВРАЛЬ.

1919 год

Февраль — Сечень, Февраль — печаль, Короткий день, а дня нам жаль,

Короткий день, и длится ночь. Тут как менять? Тут как помочь?

Февраль, он крут, Февраль, он лют, Ему лишь ветры стих поют.

Сечет он снегом лица нам, Сечет он зиму пополам.

Февраль — предатель. Бойся тот, Кому Февраль теплом дохнет.

Он греет час, в обманах дней,  Чтоб ночью было холодней.

Константин Бальмонт

*

АККОРДЫ

1914 год

YOUTUBE 2019 АККОРДЫ. КОНСТАНТИН БАЛЬМОНТ. 08.08.2014. – Мне снились волхвы откровений, любимцы грядущих времён… Намёки на сверхчеловека, обломки нездешних миров

Мне снился мучительный Гойя, художник чудовищных грёз. Больная насмешка над жизнью,- над царством могилы вопрос.

Мне снился бессмертный Веласкес, Коэльо, Мурильо святой, Создавший воздушность и холод и пламень мечты золотой.

И Винчи, спокойный, как Гёте, и светлый, как сон, Рафаэль. И нежный как вздох, Боттичелли, нежней, чем весною свирель.

Мне снились волхвы откровений, любимцы грядущих времён, Воззванья влекущих на битву, властительно-ярких знамён.

Намёки на сверхчеловека, обломки нездешних миров, Аккорды бездонных значеньем, ещё не разгаданных снов.

Константин Бальмонт

Полный список аудио записей стихов на сайте –  https://sites.google.com/site/russkay… Блог: http://echo-oo.blogspot.com/2014/08/b…

*

БЕЗГЛАГОЛЬНОСТЬ

1900 год

YOUTUBE 2019 КОНСТАНТИН БАЛЬМОНТ. БЕЗГЛАГОЛЬНОСТЬ. 23.07.2015. – Как будто душа о желанном просила, И сделали ей незаслуженно больно.

Есть в русской природе усталая нежность, Безмолвная боль затаенной печали,

Безвыходность горя, безгласность, безбрежность, Холодная высь, уходящие дали.

Приди на рассвете на склон косогора, Над зябкой рекою дымится прохлада,

Чернеет громада застывшего бора, И сердцу так больно, и сердце не радо.

Недвижный камыш. Не трепещет осока. Глубокая тишь. Безглагольность покоя.

Луга убегают далёко-далёко. Во всем утомленье – глухое, немое.

Войди на закате, как в свежие волны, В прохладную глушь деревенского сада,-

Деревья так сумрачно-странно-безмолвны, И сердцу так грустно, и сердце не радо.

Как будто душа о желанном просила, И сделали ей незаслуженно больно.

И сердце простило, но сердце застыло, И плачет, и плачет, и плачет невольно.

Константин Бальмонт

*

ЛЕБЕДЬ

1895 год

YOUTUBE 2019 КОНСТАНТИН БАЛЬМОНТ. ЛЕБЕДЬ. 28.07.2015. – Все, чем жил с тревогой, с наслаждением, Все, на что надеялась любовь, Проскользнуло быстрым сновидением, Никогда не вспыхнет вновь.

Заводь спит. Молчит вода зеркальная. Только там, где дремлют камыши, Чья-то песня слышится, печальная, Как последний вздох души.

Это плачет лебедь умирающий, Он с своим прошедшим говорит, А на небе вечер догорающий И горит и не горит.

Отчего так грустны эти жалобы? Отчего так бьется эта грудь? В этот миг душа его желала бы Невозвратное вернуть.

Все, чем жил с тревогой, с наслаждением, Все, на что надеялась любовь, Проскользнуло быстрым сновидением, Никогда не вспыхнет вновь.

Все, на чем печать непоправимого, Белый лебедь в этой песне слил, Точно он у озера родимого О прощении молил.

И когда блеснули звезды дальние, И когда туман вставал в глуши, Лебедь пел все тише, все печальнее, И шептались камыши.

Не живой он пел, а умирающий, Оттого он пел в предсмертный час, Что пред смертью, вечной, примиряющей, Видел правду в первый раз.

Константин Бальмонт

Публикация не является редакционной статьёй. Она отражает исключительно точку зрения и аргументацию автора. Публикация представлена в изложении.

DISCLAIMER: All opinions in this column reflect the views of the author(s).

* * *

GEOMETR.IT

«A new brave world» seen from the EU 11.01.2019

Moldova as being a state captured 11.01.2019

Sługa Narodu Ukrainy 11.01.2019

Grüne ist nicht immer gut 11.01.2019

Propagandą antybrukselską 11.01.2019

Ukraine: Land Grabbing 11.01.2019

GEOMETR.IT

Le Monde. ПАРИЖ – ЭТО ФОРМА СУЩЕСТВОВАНИЯ БЕДНОСТИ

in Crisis 2019 · Europe 2019 · France 2019 · Macron 2019 · Nation 2019 · RU · Skepticism 2019 · State 2019 · YOUTUBE 2019 110 views / 11 comments

Europe France

GEOMETR.IT lemonde.fr

 

* У богатых людей маленькие телевизоры и большие библиотеки, а у бедных — маленькие библиотеки и большие телевизоры. Зиг Зиглар, сетевой маркетинг

YOUTUBE 2019   Inégalités et ségrégation sociale dans l’espace urbain en France depuis les années 1970. – Неравенство и социальная сегрегация в городском пространстве Франции с 1970-х годов до наших дней. – 26.04.2017 .

ПАРИЖ. Газета Le Monde публикует интервью с двумя социологами, которых называет специалистами по элите Франции.

Sociologues spécialistes de la grande bourgeoisie française, Monique Pinçon-Charlot et Michel Pinçon, publient ces jours-ci Le Président des ultra-riches. Proches de la gauche anti-capitaliste, ils ont aussi coécrit deux petits « guides » de Paris, Sociologie de Paris (La Découverte, 2014) et Paris. Quinze promenades sociologiques (Payot, 2013).

Spécialistes des ségrégations sociales et urbaines, ils dénoncent d’une même voix l’embourgeoisement de la capitale et l’impact des plates-formes numériques sur la vie de ses habitants.

* Les sociologues Michel Pinçon et Monique Pinçon-Charlot : « A Paris, les inégalités s’aggravent de manière abyssale »

Monique Pinçon-Charlot et Michel Pinçon, эксперты по общественной и городской сегрегации, в один голос осуждают обуржуазивание Парижа и воздействие цифровых платформ на жизнь парижан. На данных статистики они показывают, что неравенство между самыми богатыми и остальным населением растет катастрофически быстро.

Социологи и специалисты по французской элите Моник Пенсон-Шарло ( Monique Pinçon-Charlot ) и Мишель Пенсон ( Michel Pinçon ) выпустили книгу «Президент самых богатых». Эти близкие к ультралевым антикапиталистам эксперты также написали два «путеводителя» по Парижу: «Социология Парижа» и «Париж: 15 социологических маршрутов».

Кроме того, эти специалисты по общественной и городской сегрегации в один голос осуждают обуржуазивание столицы и воздействие цифровых платформ на жизнь парижан.

Le Monde: Paris est-il devenu une ville de riches ? Париж стал городом богатых?

Monique Pinçon-Charlot и Michel Pinçon: Если изменения в составе населения за последние 50 лет отследить по переписям, обуржуазивание становится очевидным фактом. Кроме того, за последние годы этот процесс только ускорился.

Доля представителей профессий среднего и высокого уровня выросла с 34,5% в 1954 году до 71,4% в 2010 году при том, что доля служащих и рабочих среди активного населения Парижа сократилась за тот же период с 65,5% до 28,6%. Просто головокружительный спад.

С чем связаны эти перемены?

Они объясняются сразу несколькими факторами, в первую очередь деиндустриализацией столицы. В 1962 году Париж был промышленным городом с 576 тысячами рабочих мест в этом секторе.

По данным Национального института статистики и экономических исследований, этот показатель сократился до 134 тысяч в 1989 году и 80,283 человек в 2009 году. Данный спад, безусловно, продолжается дальше.

На это накладывается и вторая причина, которая связана с революцией в строительной сфере. В 1977 году в ней произошел неолиберальный поворот.

Если раньше государственные субсидии предоставлялись в рамках программ строительства дешевого жилья, с 1970-х годов финансирование стало индивидуальным, что подтолкнуло рабочих к переезду в пригороды при строительстве домов вдали от центра.

Последний фактор, который также является главной причиной всего остального, заключается в развитии капиталистической системы: она перешла от промышленной фазы патерналистского типа к фазе финансизации и глобализации.

Что это меняет конкретно для Парижа?

Неравенство между самыми богатыми и остальным населением растет катастрофически быстро. Покупательная способность финансистов стала очень значительной, и она позволяет им приобретать имущество, как только оно выставляется на продажу.

Это явление носит глобальный характер в Париже, который обладает невероятным символическим капиталом: обладать там недвижимостью хотят миллиардеры со всего мира. Раз столица весьма невелика по площади, все это порождает сильнейшую спекуляцию и рост цен на недвижимость. Жилье стало попросту недоступным.

Такое же явление есть и в других столицах ЕС. Чем Париж отличается от них?

Особенность Парижа заключается в существовании очагов страшной бедности. В общественном пространстве, на улицах, в переполненном метро, в переходах и в приютах можно встретить множество бедных.

Есть 10 тысяч бездомных. Каждая двадцатая семья получает пособия. В 2015 году показатель бедности составлял 16,1%.

Как происходит сосуществование очень богатых и очень бедных?

В Париже наблюдается одно явление, которое можно назвать пространственной объективизацией классовой борьбы.

С одной стороны есть красивые кварталы на западе. С другой стороны, есть более бедные районы на востоке и севере. На очень ограниченном пространстве могут соседствовать невообразимые богатства и страшная бедность. Причем, никакого смешения нет.

Одно из условий сохранения неравенства в том, что богатые живут в своей собственной очень чистой среде. Так обстоят дела в нескольких парижских округах, например, в седьмом и восьмом, в южной части 17-го и на севере 16-го. Там наблюдается концентрация богатств. Она перетекает в соседние пригороды, такие как Нейи-сюр-Сен, Медон и Сен-Жермен-ан-Ле.

Сейчас идет реконструкция и благоустройство северо-восточных округов Парижа. Ведет ли это к большему социальному смешению?

На востоке население меняется с прибытием людей, которые занимаются новыми отраслями социально-экономической деятельности, такими как дизайн, архитектура, новые технологии, СМИ, мода… Они хорошо зарабатывают, но сами могут быть родом из низов, в связи с чем их привлекает бывшее рабочее жилье или перестроенные заводы.

Как бы то ни было, настоящее социальное смешение все еще очень сложно и неоднозначно в социологическом плане.

В наших исследованиях мы установили, что физическая близость обычно только обостряет социальную отстраненность. Молодые пары с хорошими зарплатами из 18-го округа никак не контактируют с семьями мигрантов, в том числе в школах. Белые отправляют детей в частные школы, черные — в государственные. Символическое насилие никуда не делось.

Новые экономические игроки вроде «Убер» и «Эйрбиэнби» меняют подход к работе и жилью в Париже. Кому выгодны эти платформы?

Населению они точно не выгодны. Как в Париже, так и других больших городах, эти платформы привели к большему хаосу в отношениях между людьми, разрушению общественных договоров, которые стали результатом борьбы за безопасность человека.

С их подачи мы сделали очередной шаг по пути неолиберализма: предприятия больше не обязаны в полной мере платить налоги, регулировать профессию, соблюдать больничные… Царит закон джунглей. Эти платформы отражают процесс порабощения молодежи, которая не может найти работу и готова на безумные риски, чтобы вовремя доставить пиццу.

Как это меняет Париж в социологическом плане?

Происходящее очень серьезно. Что касается экономических последствий «Эйрбиэнби», Ян Бросса ( Ian Brossat ) приводит статистику их отрицательного воздействия на цены на жилье, на гостиничный кризис…

С социологической точки зрения, предоставляя жилье людям из провинции и иностранцам, этот сервис мешает парижанам утвердиться на месте и пустить кони. Однако эти корни совершенно необходимы для городской идентичности.

Клер Легро / Claire Legros Le Monde, Франция

Оригинал публикации: Michel Pinçon et Monique Pinçon-Charlot: «A Paris, les inégalités s’aggravent de manière abyssale»

* Публикация не является редакционной статьёй. Она отражает исключительно точку зрения и аргументацию автора. Публикация представлена в изложении. Оригинал размещен по адресу: lemonde.fr

* La publication n’est pas un éditorial. Cela reflète la position et l’argument de l’auteur. L’original est posté à: lemonde.fr

DISCLAIMER: All opinions in this column reflect the views of the author(s).

GEOMETR.IT

*

В России начали менять систему измерения бедности

Росстат с 2020 года будет исследовать уровень бедности в России по модернизированной методике. Предполагается, что новая методика может повысить общий показатель количества бедных в стране.

По словам директора Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС Татьяны Малевой, женщины с детьми до шести лет — наиболее уязвимы из всех семей. Она также отметила, что эта группа входит в группу риска бедности.

Ранее пресс-секретарь президента России Владимира Путина Дмитрий Песков заявил, что главным приоритетом для главы государства является снижение уровня бедности в стране.

Ранее вице-премьер Татьяна Голикова рассказала о снижении уровня бедности в России. Она сослалась на данные Росстата, согласно которым по итогам 2018 года уровень бедности составил 13,3 процента против 13,8 процента годом ранее. Также она предложила изменить методику подсчета уровня бедности, чтобы легче выполнить положения майского указа президента РФ !?

Публикация не является редакционной статьёй. Она отражает исключительно точку зрения и аргументацию автора. Публикация представлена в изложении.

DISCLAIMER: All opinions in this column reflect the views of the author(s).

* * *

GEOMETR.IT

«A new brave world» seen from the EU 11.01.2019

Moldova as being a state captured 11.01.2019

Sługa Narodu Ukrainy 11.01.2019

Grüne ist nicht immer gut 11.01.2019

Propagandą antybrukselską 11.01.2019

Ukraine: Land Grabbing 11.01.2019

GEOMETR.IT

2. Северный Поток – это рационально. Или – “Савка и Гришка сделали дуду”?

in Conflicts 2019 · Economics 2019 · Europe 2019 · Germany 2019 · Merkel 2019 · RU · Russia 2019 · Skepticism 2019 · State 2019 · Trump 2019 · USA 2019 · YOUTUBE 2019 72 views / 0 comments

Germany Europe Russia USA Polska Ukraine

GEOMETR.IT rg-rb.de Handelsblatt

 

* Вы думаете, что Европа — это Германия и Франция. Я так не думаю. Я думаю, это старая Европа. Центр тяжести Европы сдвигается на восток. – Now, you’re thinking of Europe as Germany and France. I don’t. I think that’s old Europe. <…> the center of gravity is shifting to the east. – Доналд Рамсфелд, США, на встрече с иностранными журналистами 22 января 2003 г.

YOUTUBE 2019 ГАЗОВАЯ АНАКОНДА. Янв. 2019

YOUTUBE 2019 ОСОБЕННО ЗА СЕВЕРНЫЙ ПОТОК-2 МОЖНО ” ПОБЛАГОДАРИТЬ ” ПРЕЗИДЕНТА ЮЩЕНКО. 2018.

YOUTUBE 2019 Песня “САВКА И ГРИШКА СДЕЛАЛИ ДУДУ”. 2016.

Вашингтон не оставляет попыток решить судьбу газопровода Северный поток – 2. Берлин твёрдо стоит на своём.

Посол США в Германии Ричард Гренелл ( Richard Grenell ) направил немецким компаниям, участвующим в строительстве газопровода Северный поток – 2, письма, в которых предупредил о возможных санкциях, если те продолжат поддерживать реализацию этого проекта, подрывающего энергобезопасность Украины.

   02  

…   В связи с этим исполнительный директор Восточного комитета немецкой экономики Михаэль Хармс ( Michael Harms ) заявил:

   …   Санкции противоречат немецким экономическим интересам. Но главное в том, что они стали бы вопиющим вмешательством в европейский суверенитет, против чего мы решительно протестуем.

В реализации „Северного потока – 2“ участвуют 627 компаний-подрядчиков со всего мира. В их числе есть компании очень узкой специализации – например, трубоукладчики, обладающие уникальными технологиями. Санкции против них как минимум очень сильно замедлили бы реализацию всего проекта, а в худшем случае он оказался бы сорванным .

По планам, строительство Северного потока – 2 должно завершиться к концу этого года. И в этой связи немецкие и американские СМИ задаются резонным вопросом:  Почему США не вводят санкции уже сейчас?

Закон О противодействии противникам США посредством санкций (CAATSA), подписанный президентом Трампом (Donald Trump) ещё в 2017 году, даёт ему на это полномочия. Тем более что СП-2 как возможная цель прямо указан в этом законе.

Один из ответов заложен в самом тексте CAATSA: санкции должны быть согласованы с европейскими партнёрами. Но Германия – главный европейский партнёр СП-2, категорически против санкций.

В этом с ней солидарны и некоторые члены администрации Трампа. Об этом на прошлой неделе заявил бывший советник по внешней политике в администрации президента Обамы (Barak Obama), а ныне директор Центра им. Дж. Байдена по глобальному взаимодействию при Пенсильванском университете Майкл Карпентер ( Michael Carpenter ).

Против санкций выступают и некоторые члены администрации США, – сказал он. – Они убеждены, что это усилит напряжённость в трансатлантических отношениях. Но если наши дальнейшие шаги не окажут влияния на остановку „Северного потока – 2“, то введение санкций в качестве последнего средства будет весьма вероятным.

YOUTUBE 2019 ГАЗОВАЯ АНАКОНДА. Янв. 2019

Этой весной Конгресс рассмотрит новый закон о санкциях против российского газопровода. У Вашингтона ещё останется время, чтобы остановить его строительство.

Находясь с визитом в Москве, глава МИД ФРГ Хайко Маас (  Heiko Maas  ) на совместной пресс-конференции с российским коллегой Сергеем Лавровым сказал по этому поводу следующее:

В таком случае Россия реализует его в одиночку, и тогда уже никто не будет иметь влияния на сохранение транзита газа через Украину.

Ольга Ганина, rg-rb.de

*

ПЕТЕР АЛЬТМАЙЕР: Северный поток — 2 не годится на роль мальчика для битья.  Handelsblatt,  Германия.

Министр экономики ФРГ   Петер Альтмайер   (ХДС) защищает газопровод Северный поток — 2 от критики. В интервью газете Хандельсблатт он заявил, что строительство газопровода уже идет полным ходом и что правительство не будет вмешиваться в этот процесс, поскольку отсутствует правовая основа для протестов.

 

 

YOUTUBE 2019 Песня “САВКА И ГРИШКА СДЕЛАЛИ ДУДУ”. 2016.

А транзит российского газа через Украину, по его словам, будет продолжаться. Альтмайер убежден в том, что транзит российского газа через Украину будет осуществляться и в будущем. По его словам, речь идет о справедливых интересах Украины.

Я уверен, что в этом вопросе будет достигнут компромисс, и что даже после 2019-го года, то есть после запланированного введения в эксплуатацию Северного потока — 2, часть газа будет идти транзитом через Украину, — сказал Альтмайер.

–  Отказ от угля приведет к повышению цен на энергию. Сможете ли вы пообещать промышленности компенсацию?

— Европейское право предоставляет нам возможность продолжить выплату компенсации за повышение цен на электричество и после 2020 года, что позволит энергоемким отраслям промышленности снизить расходы на электроэнергию.

Это стало возможным по инициативе Германии. Ведь в интересах экономики нашей страны, чтобы энергоемкие производства с их многочисленными рабочими местами и в будущем оставались бы в Германии, а не вынуждены были перемещаться за границу и даже закрываться.

— Останется ли Германия индустриальной державой?

— Германия сможет сохранить свое благосостояние только в том случае, если останется индустриальной державой. Вклад индустриального производства в создание добавленной стоимости в последние годы даже возрос. Нужно создать такие рамочные условия, чтобы Германия смогла оставаться на первых местах. Речь идет о многих миллионах рабочих мест.

— Как вы оцениваете поведение США в отношении немецких компаний и балтийского газопровода Северный поток — 2?

— Факт состоит в том, что частные инвестиции компаний, которые участвуют и в проекте Северный поток — 2, производятся в соответствие с критериями правового государства. На строительство Северного потока — 2, например, получены все необходимые разрешения различных ведомств из разных стран — в том числе и из Германии.

Строительство идет полным ходом, по дну моря проложены многие километры труб. Федеральное правительство не будет вмешиваться в подобный процесс, потому что для этого нет правовых оснований.

Северный поток — 2 не должен быть мальчиком для битья из-за двух проблем, которые действительно имеют место, но существуют в других областях и поэтому должны решаться совершенно другими способами.

Во-первых, речь идет об интересах Украины, которая и после введения в эксплуатацию нового газопровода хочет остаться страной-транзитером. Уверен, что в этом вопросе будет достигнут компромисс и что после 2019-го года транзит газа через Украину сохранится.

Вторая проблема — это озабоченность, что Европа из-за Северного потока — 2 попадет в  зависимость от поставок газа из России. Но для наших поставок газа безразлично, через какие трубопроводы русский газ придет к нам — через Украину или Балтийское море.

YOUTUBE 2019 ОСОБЕННО ЗА СЕВЕРНЫЙ ПОТОК-2 МОЖНО ” ПОБЛАГОДАРИТЬ ” ПРЕЗИДЕНТА ЮЩЕНКО. 2018.

Мы поддержим частный капитал при создании инфраструктуры для сжиженного природного газа (СПГ) в Германии. В данный момент СПГ из Персидского залива или из США по цене еще не конкурентоспособен, но это может быстро измениться, например, в кризисной ситуации.

В настоящий момент компании, заинтересованные в строительстве терминала для СПГ, есть в Брунсбюттеле, Штаде и Вильгельмсхафене. Мы быстро определим, какие места соответствуют критериям для финансовой поддержки. Тогда горячая дискуссия о Северном потоке — 2, вероятно, утихнет.

На середину февраля я пригласил американских экспортеров СПГ, чтобы обсудить новые возможности. Как видите, мы всерьез занимаемся диверсификацией поставок газа.

Klaus Stratmann, Handelsblatt, Германия

* 02 – Публикация не является редакционной статьёй. Она отражает исключительно точку зрения и аргументацию автора. Публикация представлена в изложении.

DISCLAIMER: All opinions in this column reflect the views of the author(s).

* * *

GEOMETR.IT

«A new brave world» seen from the EU 11.01.2019

Moldova as being a state captured 11.01.2019

Sługa Narodu Ukrainy 11.01.2019

Grüne ist nicht immer gut 11.01.2019

Propagandą antybrukselską 11.01.2019

Ukraine: Land Grabbing 11.01.2019

GEOMETR.IT

Kompromis w sprawie wyjścia

in Economics 2019 · Nation 2019 · PL · Politics 2019 · Polska 2019 · Skepticism 2019 64 views / 4 comments

Germany       Europe           

GEOMETR.IT  osw.waw.pl

* “Inteligencja nie polega na tym, że się błędów nie robi, lecz na tym, że szybko się je naprawia.”  Bertold Brecht

26 stycznia Komisja ds. Wzrostu, Zmian Strukturalnych i Zatrudnienia (tzw. komisja ds. węgla) opublikowała raport końcowy dotyczący rezygnacji Niemiec ze spalania węgla kamiennego i brunatnego. Komisja pracowała nad liczącym 336 stron dokumentem od czerwca 2018 roku; raport ma posłużyć rządowi jako podstawa do przyjęcia w 2019 roku odpowiednich ustaw.

Zgodnie z raportem Niemcy zakończą spalanie węgla najpóźniej w 2038 roku, ale do 2022 roku mają zostać wyłączone elektrownie węglowe o łącznej mocy 12,5 GW (z 45,4 GW obecnie). W 2032 roku ma zostać zbadana możliwość przyspieszenia zamknięcia wszystkich kopalni i elektrowni węgla brunatnego do 2035 roku. Landy, w których znajdują się te przedsiębiorstwa, mają w ciągu 20 lat otrzymać z budżetu federalnego 40 miliardów euro na restrukturyzację.

Środki te mają zostać wykorzystane do sfinansowania wcześniejszych emerytur dla pracowników sektora węgla brunatnego oraz na rozwój regionów w trzech landach zachodnich (Dolna Saksonia, Nadrenia Północna-Westfalia, Kraj Saary) i trzech landach wschodnich (Brandenburgia, Saksonia, Saksonia-Anhalt).

Reakcje na długo wyczekiwaną decyzję były mieszane. Politycy koalicji rządzącej pozytywnie odnieśli się do rekomendacji komisji. Podobnie zareagowali politycy opozycyjnej Lewicy oraz Zielonych.

Kompromis krytykują natomiast politycy liberalnej FDP oraz populistycznej Alternatywy dla Niemiec (AfD). Krytyka ze strony liberałów dotyczy zwłaszcza metod osiągania celów polityki energetycznej i klimatycznej. FDP zarzuca rządzącym ręczne sterowanie działalnością przedsiębiorstw i szafowanie obietnicami wysokich dotacji budżetowych.

AfD krytykuje natomiast likwidację dobrze prosperującej gałęzi gospodarki i ostrzega przed wysokimi cenami energii, które – zdaniem partii – będą skutkiem wyjścia z węgla. AfD jest jedyną w Bundestagu partią, która kwestionuje walkę ze zmianami klimatu.

Według przedstawicieli związków zawodowych kompromis jest zadowalający. Zapewnia on zarówno bezpieczeństwo ekonomiczne osobom, które zdecydują się na wcześniejsze emerytury, jak i gwarantuje środki na rozwój regionów górniczych, poprzez inwestycje w infrastrukturę transportową i energetyczną czy w turystykę. Środowiska lewicowe z zadowoleniem przyjęły rekomendację komisji o wstrzymaniu wycinki lasu Hambach pod rozbudowę kopalni odkrywkowej.

Jednocześnie organizacje pozarządowe zajmujące się ochroną przyrody skrytykowały zalecenia komisji jako mało ambitne. Ich zdaniem Niemcy stać na szybsze wyłączenie elektrowni węglowych – do 2030 roku, co znacznie przyspieszyłoby redukcję emisji CO2, by osiągnąć cele paryskiej umowy klimatycznej.

Natomiast przedstawiciele przemysłu zareagowali obawą przed wzrostem kosztów energii elektrycznej, zwłaszcza że elektrownie na węgiel brunatny produkują obecnie najtańszą energię spośród wszystkich źródeł konwencjonalnych. 

Komentarz

  • Mimo że większość społeczeństwa RFN popiera przyspieszenie zamykania elektrowni węglowych (w zależności od badania 70–80% deklaruje poparcie dla wyjścia z węgla), przeciwne takiej decyzji były związki zawodowe pracowników przemysłu ciężkiego i górnictwa oraz lobby przemysłu ciężkiego. W 2015 roku pod naporem protestów związków zawodowych ówczesny rząd zrezygnował z pomysłu dodatkowego opodatkowania najbardziej emisyjnych elektrowni węglowych. W 2016 roku w rządowym dokumencie strategicznym Plan ochrony klimatu do 2050 roku zawarto rekomendację powołania komisji ds. rezygnacji z wykorzystywania węgla. Podczas kampanii wyborczej w 2017 roku temat ten był obecny w programach wyborczych wszystkich partii, był też jednym z kluczowych zagadnień we wstępnych rozmowach koalicyjnych między CDU/CSU, Zielonymi i FDP w październiku 2017 roku.

 

  • Ostatecznie powołanie komisji ds. węgla wpisano do umowy koalicyjnej CDU/CSU i SPD, którą partie zawarły w marcu 2018 roku. Negocjacje w komisji ds. węgla okazały się trudne; ogłoszenie raportu z rekomendacjami przekładano, a do rozmów włączyła się kanclerz Angela Merkel, by zapewnić osiągnięcie kompromisu. Największe kontrowersje dotyczyły wielkości odszkodowań dla regionów dotkniętych zamknięciem kopalni i elektrowni węgla brunatnego – w tym sektorze w Niemczech pracuje ok. 20 tys. osób, ale pośrednio branża daje zatrudnienie szacunkowo od 42 do 74 tys. osób w całych Niemczech.

 

  • Decyzja o wyjściu z węgla była oczekiwana przez branżę energetyczną od kilku lat. Największe niemieckie koncerny energetyczne E.ON i RWE już w 2016 roku wydzieliły spółki, które zarządzają schyłkowymi elektrowniami na kopalne źródła energii (węgiel i gaz) od spółek inwestujących w wytwarzanie energii ze źródeł odnawialnych i zarządzających sieciami elektroenergetycznymi.

 

  • Koncerny wyciągnęły wnioski z gwałtownego wyjścia z atomu, które koalicja CDU/CSU-FDP w 2011 roku zadekretowała bez uprzedzenia i co odbiło się negatywnie na branży energetycznej. Ponadto Niemcy mają doświadczenie z wygaszaniem wydobycia węgla kamiennego, które trwało od lat sześćdziesiątych i zakończyło się w 2018 roku zamknięciem dwóch ostatnich kopalni, ale generowało bardzo wysokie subwencje – od lat siedemdziesiątych ponad 160 miliardów euro.

 

  • Wyjście z węgla nie powinno zagrozić bezpieczeństwu dostaw energii elektrycznej. Energię wytwarzaną z węgla kamiennego i brunatnego (38% produkcji w 2018 roku) ma zastąpić prąd z OZE i elektrowni gazowych. Zgodnie z obowiązującą w RFN strategią udział OZE w produkcji energii elektrycznej ma wzrosnąć z 41% w 2018 roku do 55–60% w 2035 roku i 80% w 2050 roku, ale biorąc pod uwagę obecne tempo rozbudowy OZE, udział ten może być jeszcze wyższy.

 

  • Równocześnie wzrośnie produkcja prądu z elektrowni gazowych, które w 2038 roku mogą pokrywać nawet do 40% zapotrzebowania (8% w 2018 roku). Wzrost udziału OZE będzie wymuszał ponadto rozbudowę sieci przesyłowej w Niemczech na linii północ–południe, w celu przesyłu energii elektrycznej z północy Niemiec i Europy do centrów przemysłu na południu kraju. Największym wyzwaniem będzie bilansowanie systemu elektroenergetycznego, kiedy z sieci zostaną wyłączone elektrownie jądrowe (w 2022 roku) i większość węglowych.

 

  • Niemcy nie będą mogły polegać na imporcie prądu z zagranicy w okresach zwiększonego zapotrzebowania na energię elektryczną, przy jednoczesnej niewielkiej produkcji z OZE (np. przy braku odpowiedniej pogody), ponieważ zamykanie elektrowni węglowych jest tendencją ogólnoeuropejską (w latach 2016–2030 zainstalowana moc elektrowni węglowych w UE ma spaść o 2/3).

 

  • Niepewny jest sposób finansowania transformacji energetycznej. Ostateczny bilans kosztów będzie prawdopodobnie znacznie wyższy niż 40 miliardów euro obiecane landom, gdyż należy uwzględnić także wyższe opłaty za energię dla konsumentów indywidualnych. Dotychczas utrzymanie konkurencyjnych cen dla przemysłu było priorytetem dla Niemiec i należy przyjąć, że będzie tak też w przyszłości, nawet kosztem wzrostu opłat za energię dla odbiorców indywidualnych.

 

  • Przyjęcie rekomendacji komisji ds. węgla przybliży osiągnięcie przez Niemcy krajowego celu redukcji emisji gazów cieplarnianych o 55% do 2030 roku (cel dla sektora energetycznego to 62%). Ze względu na problemy z redukcją emisji CO2 w ubiegłym roku Niemcy były w grupie państw blokujących proklimatyczne ambicje Unii Europejskiej.

 

  • Berlin sprzeciwiał się zwiększeniu unijnego celu udziału OZE w zużyciu energii z 30% do 33% w 2030 roku oraz zwiększeniu celu redukcji emisji CO2 z 40% do 45% do 2030 roku. Obecny kompromis sygnalizuje Komisji Europejskiej oraz państwom członkowskim, że w obszarze energii elektrycznej Niemcy będą redukować emisję w ramach swojego wewnętrznego kompromisu, a w przyszłości mogą forsować antywęglowe regulacje na poziomie unijnym, choć obecnie są największym (przed Polską i Czechami) konsumentem węgla w UE.

 

  • Rekomendacje komisji ds. węgla zostały ze spokojem przyjęte przez czeskie koncerny EPH i PPF – właścicieli spółki LEAG, która jest operatorem kopalni węgla brunatnego oraz elektrowni w łużyckim zagłębiu węglowym w Brandenburgii, pokrywających ok. 10% zapotrzebowania na energię elektryczną w RFN. LEAG powstał w 2016 roku z aktywów przejętych od szwedzkiego koncernu Vattenfall (któremu przynosiły straty biznesowe i wizerunkowe) za symboliczną kwotę.

 

  • Dodatkowo EPH i PPF przejęły od poprzedniego właściciela 1,7 mld euro funduszy przeznaczonych na rekultywację po zakończeniu wydobycia. Spółka w 2017 roku wygenerowała zysk na poziomie 164 mln euro. Czeski EPH podobną strategię realizuje we Francji, gdzie prowadzi negocjacje z niemiecką spółką Uniper w sprawie przejęcia dwóch elektrowni węglowych mimo przewidywanej daty ich zamknięcia w 2022 roku.

Publikacja nie jest redakcyjna. Odzwiercie dla towyłącznie punkt widzenia i argumentację autora. Publikacja zostałaza prezentowana w prezentacji. Zacznij od poprzedniego wydania. Oryginał jest dostępny pod adresem: osw.waw.pl

GEOMETR.IT

Davos: Czwarta Rewolucja przemysłowa

in Person 2019 · PL · Politics 2019 · Polska 2019 · USA 2019 · YOUTUBE 2019 62 views / 6 comments

Germany       Europe             USA          Polska

GEOMETR.IT  Prezydent.pl

* Relacje polsko-amerykańskie oraz możliwość wpływu Polski na poprawę stosunków między niektórymi partnerami z UE a Stanami Zjednoczonymi to jeden z tematów rozmów, jakie Prezydent Andrzej Duda prowadził podczas drugiego dnia pobytu na Światowym Forum Ekonomicznym w Davos.

Polska posiada największy potencjał wzrostu w całej Europie – wnioski z panelu zorganizowanego przez Bank Pekao, jednego z głównych punktów pierwszego dnia 49. Światowego Forum Ekonomicznego w Davos.

Podczas pierwszego dnia 49. Forum w Davos odbył się zorganizowany przez Bank Pekao S.A. panel „Czwarta Rewolucja przemysłowa na rynkach wschodzących i AI jako akcelerator wzrostu”. W panelu oprócz przedstawicieli światowego biznesu wziął udział prezydent Andrzej Duda. 

Gospodarka 4.0 nazywana przez niektórych czwartą rewolucję przemysłową – po epoce maszyn parowych, masowej produkcji oraz automatyzacji oznacza integrację systemów cyfrowych z fizycznymi. Gospodarka 4.0 to  Internet ludzi, rzeczy, usług i danych. To jest przyszłość, która dzieje się na naszych oczach.

Uczestnicy panelu zorganizowanego przez Bank Pekao podkreślali, że Polska jest dobrze przygotowana do wyzwań, które niesie Rewolucja 4.0.

Michał Krupiński, prezes Banku Pekao S.A. we wstępie do debaty podkreślał, że Polska dzięki swojemu wysokiemu potencjałowi intelektualnemu jest wstanie dokonać przeskoku z tradycyjnego modelu gospodarki do nowoczesnej gospodarki cyfrowej.  Dodał, ze ten przeskok dokonał się już w usługach finansowych, gdyż banki z Polski oferują jedne z najnowocześniejszych rozwiązań mobilnych na świecie.

Prezydent Andrzej Duda w swoim przemówieniu zauważył, że Polacy chętnie korzystają z możliwości jakie niesie ze sobą rozwój nowych technologii. Podkreślił, że polski system bankowy reprezentowany w Davos przez Bank Pekao należy do najbardziej innowacyjnych na świecie. Można powiedzieć, że w Polsce mamy do czynienia z bardzo pozytywnym sprzężeniem pomiędzy twórcami nowych technologicznych rozwiązań, a konsumentami. Mamy potencjał żeby tworzyć innowacje, a także otwartość i gotowość aby z nich korzystać i w ten sposób przyczyniać się do dalszego rozwoju. Myślę, że jest to sytuacja stwarzające unikatowe warunki dla innowacji , której mogą nam z cała pewnością pozazdrościć inne kraje – dodał prezydent.

W debacie wziął udział, Henrik von Scheel autor określenia „czwarta rewolucja przemysłowa”przez “Financial Times” uznawany za jednego z wiodących autorytetów w zakresie strategii i konkurencyjności. Powiedział on,  że Polska posiada największy potencjał wzrostu w całej Europie.

Profesor ekonomii  Nouriel Roubini, który przewidział kryzys „Subprime” w 2008 roku wskazał, że stoimy przed wyzwaniem, aby ta zglobalizowana, cyfrowa gospodarka była dobra dla wszystkich, a nie wyłącznie dla 20-30 procent populacji. Podkreślił przy tym, że właściwą odpowiedzią nie jest protekcjonizm, więcej barier w handlu, ale zapewnienie ludziom dobrej edukacji i niezbędnych umiejętności

Youtube: Wypowiedź dla dziennikarzy podczas Światowego Forum Ekonomicznego

Publikacja nie jest redakcyjna. Odzwiercie dla towyłącznie punkt widzenia i argumentację autora. Publikacja zostałaza prezentowana w prezentacji. Zacznij od poprzedniego wydania. Oryginał jest dostępny pod adresem: Prezydent.pl

GEOMETR.IT

“Träume sind Schäume”

in Balkans 2019 · Conflicts 2019 · DE · Germany 2019 · Skepticism 2019 56 views / 0 comments

Germany     Great Britain  Europe         

GEOMETR.IT  cafebabel.com

*  “Träume sind Schäume”, sagt der Volksmund. Doch Traumforscher meinen, aus Geträumtem lässt sich die eine oder andere Erkenntnis gewinnen. Die Erlebnisse der Seele haben durchaus ihre kreativen Seiten. Leider erinnert sich jeder dritte Deutsche nie daran, was er im Schlaf erlebt hat.

Während Bosnien und Herzegowina auf seinen Beitritt zur EU wartet, gibt sich das Land damit zufrieden, ein „Durchgangspunkt“ zu sein, sowohl für seine eigenen Staatsangehörigen als auch für jene Menschen, die einen Weg in die EU suchen. Seit der Schließung der „Balkanroute“ im Jahr 2016, über die mehr als eine Million vor Not und Krieg flüchtende Menschen kamen, ist B&H zu einer alternativen Route für den Weg in die EU geworden. Nach Angaben der IOM, welche die Migrationsströme in der Region misst, hat die Zahl der das Land passierenden illegalen Migranten zwischen 2016 und 2017 um 350 % zugenommen. 

  • Und dabei hat das Land, seitdem es am 20. September 2016 zum offiziellen EU-Beitrittskandidaten wurde, mit Europa eine Art Pakt geschlossen: Wenn die bosnische Regierung ihren Bürgern freien Personenverkehr im Schengen-Raum bieten möchte (nur für eine maximale Dauer von drei Monaten, A.d.R.), muss der Staat alles daran setzen, seine Grenzen zu sichern und die illegale Migration einzudämmen.
  • Und damit tut er sich schwer, so Amela Efendic, Leiterin des Internationalen Forums für Solidarität – Emmaus: „Bosnien wird von den Schleusern als Transitland in Richtung EU benutzt, und dieser Menschenschmuggel ist immer schwieriger aufzudecken“, erläutert sie. „Die Polizei tut nicht genug dafür, um den Menschenhandel zu stoppen. Dabei genügt es beispielsweise, raus auf die Straße zu gehen, um zu sehen, dass Kinder zum Betteln gezwungen werden.

So wie Tarik sind es viele junge Menschen leid, gegen die Bürokratie ihres Landes ankämpfen zu müssen. Jede behördliche Änderung des Status, ob Wohnort oder Arbeit, dauert ewig lange.

Selbst Tarik, der sich eine Zeit lang in der Stadtverwaltung Sarajevos engagierte, hat sich mittlerweile von der Politik entfernt: „Alles ist so kompliziert und dezentralisiert, dass man keinerlei Einfluss darauf hat, die Dinge zu ändern, ganz gleich, welche öffentliche Funktion man innehat.

Bosnien und Herzegowina ist nicht nur in zwei Föderationen unterteilt (die Bosnische Föderation und die Republik Srpska, A.d.R.), sondern auch stark dezentralisiert. Es wird von drei Präsidenten regiert, einer für jedes Volk – Kroaten, Bosnier, Serben -, mit ebenso vielen dazugehörigen Regierungen, Parlamenten und Verwaltungen: Ein Verwaltungs-Wirrwarr, das ursprünglich die Repräsentativität aller Bürger gewährleisten sollte.

Tatsächlich aber verkompliziert es ihren Alltag und ermüdet sie. Im Februar 2013 beispielsweise gab es eine Uneinigkeit zwischen den verschiedenen Entitätent, infolge derer Neugeborene keine nationale Identifikationsnummer und somit auch keine Ausweispapiere mehr erhalten konnten. Die daraufhin folgenden Demonstrationen wurden unter dem Namen „Baby-Revolution“ bekannt. Nur ein Beispiel von vielen für die täglichen Schwierigkeiten, mit denen sich die Bürger auseinandersetzen müssen.  

  Der Mut, zu bleiben

Tarik schlängelt sich zwischen den Geschäften der an einen Basar erinnernden Gassen im osmanischen Viertel Sarajevos entlang. Er ist auf dem Weg zu einem Meeting der von ihm herausgegebenen partizipativen Jugend-Zeitung Preventeen, die kostenlos in den Schulen B&Hs verteilt wird

Der junge Bosnier nimmt an einem Projekt zur Sensibilisierung von Studenten für alle möglichen Formen von Sucht teil. „Das ist ein äußerst wichtiges Thema. Es ist wichtig, sich für die Jugend in Bosnien zu engagieren, denn sie ist die Zukunft des Landes“, macht er deutlich. Seine Einstellung wird vom katholischen Priester Simo Marsic geteilt. 

Dieser ist Verantwortlicher des pfarramtlichen Jugendzentrums in Sarajevo und setzt sich für den interreligiösen Dialog ein: „Wir möchten den jungen Menschen helfen, sich hier eine Zukunft aufzubauen, auch wenn es schwer ist. Sie werden später in der Politik, in der Wirtschaft arbeiten, sie werden die Säulen der Gesellschaft von morgen sein.“ Im Hier und Jetzt allerdings mangelt es vielen bosnischen Jugendlichen an Perspektiven. 

Doch auch wenn viele Bosnien verlassen wollen – andere kehren wieder zurück. So wie der junge Pater Pavle Mijovic, theologische Lehrkraft an der kathologischen Universität von Sarajevo. Als er acht Jahre alt war, floh seine Familie vor dem Krieg nach Kroatien, wo er sein Studium absolvierte, bevor er seine Priester-Ausbildung in Rom begann: „Als ich in Rom war, bekam ich das Angebot, in meiner Geburtsstadt Sarajevo zu unterrichten. Ich wusste, wenn der Herr mich nach B&H zurückgerufen hatte, dann geschah dies, um dort etwas zu bewirken“.

Er setzt sich stark für den Dialog zwischen den verschiedenen Religionen B&Hs (katholisch, muslimisch, orthodox) ein und hat in Partnerschaft mit den drei theologischen Fakultäten Sarajevos einen Ausbildungsgang für interreligiöse Studien und Frieden ins Leben gerufen.

Er hofft, so zum Wiederaufbau seines Geburtslandes beizutragen. Ein Vorhaben, an dem auch Tarik sich noch mehr beteiligen will, wenn er erstmal sein Ingenieurdiplom in der Tasche hat. Für sein Bleiben hat er gute Gründe: „Wenn ich fortginge, da bin ich mir sicher, würde ich niemals anderswo einen solchen Kaffee bekommen.“  

   Die Veröffentlichung ist kein Leitartikel. Es spiegelt ausschließlich den Standpunkt und die Argumentation des Autors wider. Die Publikation wird in der Präsentation vorgestellt. Beginnen Sie in der vorherigen Ausgabe. Das Original ist verfügbar unter: cafebabel.com

GEOMETR.IT

Populism of a kind

in EN · Nation 2019 · Politics 2019 · Skepticism 2019 · YOUTUBE 2019 58 views / 0 comments

  Europe

GEOMETR.IT  IIEA1

* There is too much government today. We’ve got to remember the government should be by the people, of the people, and for the people. Ray Bradbury

31/01/2019 ow 72, there is not much in politics he has not seen. “Populism of a kind,” he said, “has existed for as long as there have been politicians. It wins elections. But there’s populism and populism. And some of the ‘pure populism’ we see now … it didn’t exist here even 10 years ago.”At the turn of the century, populism was a blip on the horizon of European politics.

Since then, the number of Europeans voting for populist parties in national votes has surged from 7% to more than 25%, according to groundbreaking research by the Guardian. Back in 1998, only two small European countries – Switzerland and Slovakia – had populists in government.

Two decades later, another nine countries do.

The number of Europeans ruled by a government with at least one populist in cabinet has increased from 12.5 million to 170 million. This has been blamed on everything from recession to migration, social media to globalisation.

But the Czech experience shows it can be more complicated than that. Only 2.3% of the country’s workforce is out of a job, the lowest rate in the EU. Last year, its economy grew by 4.3%, well above the bloc’s average, and the country was untouched by the 2015 European refugee crisis. But in last year’s general election populist parties won just over 40%, a tenfold increase from 1998.

The Czech Republic demonstrates that the factors behind populism’s surge are both far more complex and infinitely more varied than first thought, and that a voter’s decision to cast their ballot for a populist party is just as often a reflection of psychological state as of circumstances and identity.

What is populism?

Populists tend to frame politics as a battle between the virtuous ‘ordinary’ masses and a nefarious or corrupt elite – and insist that the general will of the people must always triumph. The Guardian is adopting the classic definition of populism proposed by political scientist Cas Mudde. Populism, he says, is often combined with a ‘host’ ideology, which can either be on the left or right.

Against the backdrop of increasing populist vote share and influence, the Guardian is launching a six-month investigative series to explore who the new populists are, what factors brought them to power, and what they are doing once in office.

Postwar populists found an early toehold in Europe in Alpine countries with long histories of nationalist or far-right tendencies. The exclusionist, small-government Swiss People’s party (SVP), rooted in “authentic” rural resistance to urban and foreign influence, led a referendum defeat of Switzerland’s bid to join the EEA in 1992, and has swayed national policy since.

The Swiss party practically invented rightwing populism’s “winning formula”: nationalist demands on immigration, hostility towards neoliberalism and a fierce focus on preserving national traditions and sovereignty. It helps of course that Switzerland is also a magnet for the “international elite”, symbolised by Davos, banking secrecy and a spray of UN headquarters.

In neighbouring Austria, the Freedom party, a far more straightforward far-right movement founded by a former Nazi in 1956, won more than 20% of the vote for the first time in 1994 and is now in government, as junior coalition partner, for the fourth time.

Italy, another country with a history of radical rightwing politics, voted four times for the populist Silvio Berlusconi. But for the rest of the 1990s, the tendency remained confined to this central troika, each with their own political peculiarities.

The tide started to turn with the turn of the century. The political landscape in the Netherlands was shaken up in 2002 with the rapid rise of the populist Pim Fortuyn, and then by his assassination. That same year, Jean-Marie Le Pen of the far-right Front National rocked France by reaching a presidential runoff vote. Twice in 2005, referendums in France and the Netherlands rejected a draft EU constitution, seen at the time as victories for the “ordinary people” against the European elite.

The south

In 2008 came the financial crisis and recession. As many people, particularly in southern Europe, saw living standards shrink, the centrist parties that had governed hitherto – and the Eurocrats in Brussels with their clipboard austerity – became an obvious target.

Hit hardest of all by the crisis, the Greeks gave 27% of their votes to the radical leftwing populists of Syriza in 2012, electing them to government three years later with a score nearly 10 points higher. In Spain, the anti-austerity Podemos took 21% in 2015 just a year after the party was founded.

In Italy, decades of corruption, mismanagement and the impact of the 2015 refugee crisis resulted in the anti-establishment, tax-and-spend Five Star Movement sweeping to power last year in an unlikely coalition with the far-right, anti-immigration League.

Youtube: how strong the populist governments are and examine their influence. Is Populist Europe  possible ?

The publication is not an editorial. It reflects solely the point of view and argumentation of the author. The publication is presented in the presentation. Start in the previous issue. The original is available at:  IIEA1

GEOMETR.IT

2. Challenge on EUROPEANS

in Conflicts 2019 · Nation 2019 · NATO 2019 · Politics 2019 46 views / 0 comments

Germany     Great Britain  Europe         

GEOMETR.IT  ecfr.eu

* « There is too much government today. We’ve got to remember the government should be by the people, of the people, and for the people.» Ray Bradbury

Silence above, ignorance below

European attitudes are a patchwork of opinions: the United Kingdom and France are nuclear powers in their own right, with public opinion more or less solidly behind this status. The historical experience of Poland and the Czech Republic leads these states to be more confidently supportive of nuclear deterrence.

Countries such as Denmark, the Netherlands, and Germany have seen civil society clash with their governments’ decisions around hosting nuclear weapons. Ireland and Austria are active campaigners for the abolition of nuclear weapons.

  • Despite all this, most EU member states have two things in common in this matter. First, nearly all of them share an official, if ostensible, commitment to reducing nuclear weapons: research for this paper revealed that only three member states harbour reservations about the goal of nuclear disarmament.

This is all while many of these countries remain within NATO, which is of course underpinned by the potential of nuclear-backed intervention via Article 5. The potential tension between this pro-disarmament stance and the enjoyment of the US nuclear umbrella is something yet to fully play out.

  • Second, nuclear weapons have little salience in the public imagination. On the occasions in the late cold war period when European governments were obliged to make difficult decisions about nuclear weapons, these became fraught and contested in the country at large as well as in parliament. But with the disappearance of the Soviet threat, Western governments and populations became less obliged to think, and argue, about nuclear weapons with the degree of heat and rigour that they had had to prior to 1989.

In Europe, most were more than content to enjoy the happier and more hopeful international environment, and to simply dismiss nuclear worries from their minds. Rather than peace underpinned by nuclear weapons, as many cold war leaders characterised it, Europeans began to enjoy peace with nuclear weapons still around. Nuclear weapons disappeared from the public debate.

The end of the cold war led to an effort to reduce the total number of nuclear warheads in the world, with Russia and the US doing substantially more heavy lifting in this regard even if they still possess considerably more weaponsthan France and the UK, which have both moved significantly towards minimal deterrence.

If anything, the public today is rather inclined towards disarmament – which may partly explain its relative lack of concern as the total number of weapons in the world fell, although it is hard to say that Russia and the US won many plaudits for their efforts either. If a shift in public attitudes does now come about, this may emanate from high-level activism. In the context of the TPNW, the decision to award the 2017 Nobel Peace Prize to the International Campaign to Abolish Nuclear Weapons hints at a new wave of abolitionism.

This also finds stronger expression in national politics: last year’s German federal election saw the Social Democrat challenger for chancellor promise the removal of US nuclear weapons from the country. And, in the UK, a unilateralist disarmer is now leader of the Labour Party and Scotland’s ruling Scottish National Party is firmly opposed to nuclear weapons.

The current fraught and unstable international environment has not led the wider public to fret about nuclear issues – yet – nor for their governments to take the lead on this. The disconnect between public leanings and government policies appears to have induced governments to keep discussion of nuclear matters low key. If this is the case, it seems to have worked. But Europe probably has the ingredients for popular opposition to nuclear deployments to emerge once again.

Europe’s nuclear families: cousins and rivals

To understand the situation better, ECFR’s network of 28 associate researchers carried out investigations into European attitudes towards nuclear weapons. These comprised interviews with more than 100 policymakers and analysts, and research into policy documents, academic discourse, media analysis, and opinion polls.

The research questions centred on what countries today think of nuclear deterrence, how they assess nuclear threats to their own security, and what action they are considering in response. The data reflects what officials and experts believe to be the position of their respective countries on these topics. The country-by-country analyses are contained in the annex.

  • Perhaps the most striking finding of the survey concerns the immutability of attitudes across Europe. Most, if not all, European countries see recent events as proving their traditional attitudes right.
  • They conclude that, despite the changed environment, there is little need for further reconsideration of their position on nuclear matters. This, therefore, provides little impetus for governments to break their silence and dispel public ignorance.
  • EU member states continue to span the full spectrum from committed nuclear powers to determined abolitionists – and they fall into five groups depending on their attitude to nuclear deterrence: True Believers, Neutrals, Conflicted,Pragmatists, and Conformists.

At one end of the spectrum lie the True Believers: France and the UK, accompanied by Poland and Romania.

The first two are nuclear weapons states, and plan to stay that way: even with an avowed unilateral disarmer leading the opposition, most Labour members of parliament backed the renewal of Trident in a 2016 vote. Since the end of the cold war, France and the UK have modernised their nuclear arsenals while also pursuing reductions in their size under doctrines of minimum deterrence. Each has also limited where its weapons are deployed.

Poland and Romania also belong to the True Believers camp because they are greatly preoccupied with Russia and are active in seeking out reassurance from the US and even increased physical presence on their soil from the superpower. Both countries host a rotating brigade and elements of NATO’s missile defence system, and Poland recently offered to pay for a new US base – “Fort Trump” – as part of a bilateral arrangement. That said, these countries’ commitment to nuclear deterrence does not involve hosting US nuclear weapons on their territory.

All four countries rank nuclear threats as important in their strategic assessments and have also determined that nuclear deterrence should play an important part in their defence and national security strategy. In addition, unlike others that may share this approach, such as Germany, public opinion in their countries is behind them, meaning they are not conflicted about their commitment to nuclear deterrence.

At the other end of the spectrum are the Neutrals: Ireland, Austria, Malta, Cyprus, and Finland (all non-NATO members of the EU). The first two pride themselves on their anti-nuclear tradition: over the last few years they proactively sponsored the TPNW at the UN and signed it. One of Ireland’s five stated core foreign policies is to achieve a world free of nuclear weapons in addition to promoting disarmament.Austria has been even more active on this front: it ratified the TPNW in May, and it has also been a vocal and intransigent supporter of the abolitionist agenda, holding the view that only a generalised abandonment and condemnation of such weapons can halt their proliferation.

The publication is not an editorial. It reflects solely the point of view and argumentation of the author. The publication is presented in the presentation. Start in the previous issue. The original is available at:  ecfr.eu

GEOMETR.IT

Zwischen Arm und Reich IN 2019

in DE · Nation 2019 · Politics 2019 · Popp 2019 · Skepticism 2019 · YOUTUBE 2019 43 views / 0 comments

Danube      Germany     Great Britain  Europe        

GEOMETR.IT  eingeSCHENKt.tv

* Wer unter Menschen zu leben hat, darf keine Individualität, sofern sie doch einmal von der Natur gesetzt und gegeben ist, unbedingt verwerfen; auch nicht die schlechteste, erbärmlichste oder lächerlichste. Er hat sie vielmehr zu nehmen als ein Unabänderliches, welches, infolge eines ewigen und metaphysischen Prinzips, so sein muss, wie es ist, und in den argen Fällen soll er denken: »Es muss auch solche Käuze geben«. Hält er es anders, so tut er unrecht und fordert den andern heraus, zum Kriege auf Tod und Leben. Arthur Schopenhauer

Uns geht’s doch noch gut. Dies ist ein weit verbreiteter Spruch, der allerdings ein Wort in sich trägt: NOCH. Viele Menschen spüren die wachsende Ungleichheit zwischen Arm und Reich. Doch sie sind wie gelähmt. Was soll man schon tun?

Also geht man regelmäßig zu Wahlen, um ein Kreuz bei demjenigen zu setzen, der das dann schon irgendwie regeln soll. Zum Besseren versteht sich.

Wir trafen uns mit Andreas Popp, Gründer der Wissensmanufaktur, und sprachen mit ihm unter anderem über das Phänomen der Gleichgültigkeit der breiten Masse der Bevölkerung.

Andreas Popp zeigt auf, dass man den Menschen den größten Unsinn verkaufen kann ohne Angaben von Logiken. Gleichgeschaltete Medien erzeugen gleichgeschaltete Menschen.

Die Proteste in Deutschland gegen gesellschaftliche Ungerechtigkeiten und Zerwürfnisse, gegen drohende Kriegsgefahr, halten sich begrenzt.

Die Migrationspolitik wird nur am Stammtisch diskutiert. Das Finanzsystem verstehen sowieso die Wenigsten. Die meisten sind mit sich selbst beschäftigt. Müssen den Alltag bewältigen und merken nicht, dass sie so selbst Teil des Systems sind, das sie mit ihrem Verhalten ernähren.

Dennoch ist sich Andreas Popp sicher: Der Umbruch wird kommen. Für ihn ist die Phase, in welcher eine solche Systemänderung systematisch und friedlich hätte ablaufen können, zwar vorbei, aber Popp gibt sich optimistisch. Denn es gibt eine Zeit danach. Und auf diese Zeit jetzt schon hinzuarbeiten, hält Andreas Popp für wichtiger, als in ständigen Phrasen der Aufklärung diejenigen Menschen zu überzeugen, die (noch) nicht bereit dafür sind.

Je länger dieses neoliberale Wirtschaftssystem am Leben gehalten wird, desto bitterer sein Abgang. Aber er wird kommen: der Umbruch.

Andreas Popp ist Finanzexperte, Buchautor und Gründer der Wissensmanufaktur.

YOUTUBE: DIE MENSCHHEIT IM UMBRUCH. PERSPEKTIVE DURCH INTUITION

   Die Veröffentlichung ist kein Leitartikel. Es spiegelt ausschließlich den Standpunkt und die Argumentation des Autors wider. Die Publikation wird in der Präsentation vorgestellt. Beginnen Sie in der vorherigen Ausgabe. Das Original ist verfügbar unter: eingeSCHENKt.tv

GEOMETR.IT

2. USA. ПЛАТНЫЕ СТУКАЧИ. System whistleblowers

in Conflicts 2019 · Europe 2019 · Nation 2019 · RU · Skepticism 2019 · State 2019 · The Best 2019 · USA 2019 81 views / 0 comments

GEOMETR.IT

 

* “МЕСТО ВСТРЕЧИ ИЗМЕНИТЬ НЕЛЬЗЯ”. Цитата из фильма. – Сколько же ты мне денег дашь, если завтра за этим столом Фокс сидеть будет? – 10 кусков. – Спасибо тебе, папаша, за щедрость. Значит, если я стукач – зарежете вы меня. А если я всю вашу компанию спасу, так 10 кусков получу. 20 бутылок водки смогу купить. Спасибо тебе папаша за доброту… Дай-ка ты ему ещё пару раз, для ума. Теперь понял чего ты стоишь на земле нашей грешной? – Понял. Завтра с утра пошли кого-нибудь из своих архаровцев. Пускай они на моё имя в сберкассе 40 тысяч положат. Тогда у нас будет с тобой полная любовь. – А зачем тебе сберкнижка? – В ней вся моя надежда. Что не пришьете меня потом. – Промокашка, завтра часиков в 8 пойдёшь в сберкассу и положишь на его имя 25 кусков. Сберкнижку принесёшь мне. – Сберкнижку мне! Она мне сердце согреет, когда в подвал вместе полезем. Мне с ней и милицейские пушки не страшны, Знаю, за что рискую…

YOUTUBE 2019 ПЕСНЯ ПРО СТУКАЧА. В. ВЫСОЦКИЙ. 2011

YOUTUBE 2019 США. ВОСПИТАНА НАЦИЯ СТУКАЧЕЙ. А КАК ОНИ В ЖИЗНИ МИЛО ТЕБЕ УЛЫБАЮТСЯ! 2013.

Армия информаторов в США растёт, сумма вознаграждений им увеличивается. Недавно в США был обнародован очередной доклад Комиссии США по ценным бумагам и биржам Конгрессу США о ходе реализации программы информаторов по итогам 2018 финансового года – SEC Whistleblower Program’s 2018 Annual Report to Congress – https://www.natlawreview.com/article/sec-whistleblower-program-continues-to-steamroll-securities-fraudsters-issue-record

( 02 )

Есть одно «но», сдерживающее активность потенциальных информаторов: поощрение полагается в том случае, если назначаемая нарушителю сумма превышает 1 млн. долл. Мелкие нарушения финансового регулятора не очень интересуют.

За 2017 финансовый год сумма назначенных нарушителям выплат составила 1,0 млрд. долл., а в истекшем 2018 финансовом году она выросла до 1,7 млрд. долл.

YOUTUBE 2019 ПЕСНЯ ПРО СТУКАЧА. В. ВЫСОЦКИЙ. 2011

Растёт армия информаторов. В 2018 финансовом году было зафиксировано 5282 заявки от информаторов, что на 67% превысило их число в 2012 финансовом году (первый полный год, когда система начала функционировать).

Сумма вознаграждений, полученных информаторами в 2018 году, оказалась рекордной – 168 млн. долл. Для сравнения: в 2016 году она была равна 57 млн., в 2017 году – 50 млн. долл.

* “МЕСТО ВСТРЕЧИ ИЗМЕНИТЬ НЕЛЬЗЯ”. Цитата из фильма.

– Сколько же ты мне денег дашь, если завтра за этим столом Фокс сидеть будет? – 10 кусков. – Спасибо тебе, папаша, за щедрость. Значит, если я стукач – зарежете вы меня. А если я всю вашу компанию спасу, так 10 кусков получу. 20 бутылок водки смогу купить. Спасибо тебе папаша за доброту… Дай-ка ты ему ещё пару раз, для ума. Теперь понял чего ты стоишь на земле нашей грешной? – Понял. Завтра с утра пошли кого-нибудь из своих архаровцев. Пускай они на моё имя в сберкассе 40 тысяч положат. Тогда у нас будет с тобой полная любовь. – А зачем тебе сберкнижка? – В ней вся моя надежда. Что не пришьете меня потом. – Промокашка, завтра часиков в 8 пойдёшь в сберкассу и положишь на его имя 25 кусков. Сберкнижку принесёшь мне. – Сберкнижку мне! Она мне сердце согреет, когда в подвал вместе полезем. Мне с ней и милицейские пушки не страшны. Знаю, за что рискую…

Три самых крупных вознаграждения в истекшем финансовом 2018 году составили суммы 50 млн., 39 млн. и 33 млн. долл. Все три номинанта имеют отношение к одному нарушителю. Они помогли вывести на чистую воду банк State Street, который был обвинён в покупке валюты клиентами по завышенным ценам.

Всего за период 2012-2018 гг. общая сумма вознаграждений составила 326 млн. долл., а их получателями стали 59 информаторов.

С момента запуска системы в 2011 году Комиссии США по ценным бумагам и биржам получила в общей сложности 28 тысяч заявок от информаторов. То есть примерно лишь одна из 500 заявок заканчивалась получением вознаграждения.

Многие из заявок помогли финансовому регулятору лучше понять, что происходит в тех или иных организациях и в ряде случае предотвратить нарушения, инициировав проверки. В 2018 году появилась новая категория заявок, касающихся криптовалют (мошенничество, манипуляции, введение в заблуждение клиентов и т. п.).

География заявителей очень широкая. Основная часть заявок пришла из штатов Калифорния, Нью-Йорк, Техас, Флорида, Нью-Джерси. На информаторов, находящихся за пределами США, пришлось 12% заявок. Особенно их много из Великобритании, Канады и Австралии. Есть заявки и из России. Среди информаторов, получивших вознаграждение, есть иностранные граждане, их 12 из 59.

И ещё одна особенность программы. Не все заявители являются действующими или бывшими сотрудниками тех коммерческих организаций, где обнаружены нарушения. Часть заявителей – внешние лица и даже те, кто относится к категории специалистов по электронной разведке (добывание информации путем подключения к базам данным и электронным коммуникациям компаний).

30 процентов вознаграждений за время функционирования программы было выдано таким «внешним информаторам». Имена части информаторов, получивших вознаграждения, остаются неизвестными; информаторы предпочитают действовать анонимно.

Дональд Трамп ещё на этапе предвыборной кампании обещал, что сделает всё возможное для того, чтобы ослабить закон Додда – Франка. Пока такого ослабления не произошло, но республиканцы в Конгрессе США готовят соответствующие поправки к закону. Поправки предусматривают отмену системы финансовых информаторов.

Организация финансового информирования в Америке стала предметом повышенного интереса со стороны российских банков и иных коммерческих организаций.

YOUTUBE 2019 США. ВОСПИТАНА НАЦИЯ СТУКАЧЕЙ. А КАК ОНИ В ЖИЗНИ МИЛО ТЕБЕ УЛЫБАЮТСЯ! 2013.

Интерес обусловлен тем, что в начале лета 2018 года ЦБ России опубликовал документ «Основные направления развития финансового рынка РФ на период 2019-2021 гг.», где указывается, что Банк России намерен внедрить институт информаторов, аналогичный американскому. Вот фрагмент этого документа:

* «Банк России уделяет пристальное внимание повышению доверия инвесторов к финансовому рынку за счет дестимулирования недобросовестного поведения. В указанных целях планируется развитие соответствующего регулирования, направленного на наделение Банка России необходимыми полномочиями для сбора доказательной базы, внедрение института информаторов (whistleblowers), модернизация системы мер соразмерного наказания».

Правда, если судить по документу «Основные направления…», планируемая система не предусматривает … вознаграждения финансовых стукачей.

 

 

Валентин Катасонов

* 01 – Публикация не является редакционной статьёй. Она отражает исключительно точку зрения и аргументацию автора. Публикация представлена в изложении.

DISCLAIMER: All opinions in this column reflect the views of the author(s).

* * *

GEOMETR.IT

«A new brave world» seen from the EU 11.01.2019

Moldova as being a state captured 11.01.2019

Sługa Narodu Ukrainy 11.01.2019

Grüne ist nicht immer gut 11.01.2019

Propagandą antybrukselską 11.01.2019

Ukraine: Land Grabbing 11.01.2019

GEOMETR.IT

1 2 3 16
Go to Top