Daily archive

Апрель 10, 2019

Мэры присягнули Порошенко, как Мазепа русском царю

in Conflicts 2019 · Elections 2019 · Europe 2019 · Nation 2019 · Person 2019 · RU · Skepticism 2019 · State 2019 · Ukraine 2019 · YOUTUBE 2019 273 views / 0 comments

Europe Russia Ukraine USA

GEOMETR.IT

 

* Тогда ФАЛЬБОВСКИЙ приказал раздеть МАЗЕПУ донага и в таком виде привязал на его же лошади лицом к хвосту, потом велел дать лошади несколько ударов кнутом и несколько раз выстрелить у неё над ушами. Лошадь понеслась во всю прыть домой через кустарники, и ветви сильно хлестали Мазепу по обнаженной спине.

YOUTUBE 2019  ГЕТМАНСТВО НАЧАЛОСЬ С ДОНОСА. Апрель 2019.

 

330 лет назад в украинской истории произошло важное, но в конечном итоге прискорбное событие. Возле нынешнего райцентра Коломак на Харьковщине генеральная Рада казаков избрала гетманом Ивана Мазепу

В 1687-м году Россия впервые стала участником европейского военного союза. Вместе с Польшей, Венецианской республикой и Священной Римской империей (то есть нынешними Германией и Австрией) она воевала с Османской империей. В апреле того года русская армия вместе казаками гетмана Ивана Самойловича выступила в поход на Крым.

Командовал ею князь Василий Голицын — фаворит регентши Софьи, выдающийся государственный деятель, но посредственный полководец. 27 июня дойдя до Конских Вод (ныне речка Конка в Запорожской области), он повернул большую часть войск обратно, из-за того, что татары выжгли степь, и кормить лошадей было нечем.

Однако около трети сил вместе с сыном гетмана Самойловича, Григорием, было отправлено на Правобежье. Этот отряд действовал успешно. А сам поход Голицына на Крым сковал турок в Европе и способствовал успехам союзников.

Да, отступление основных сил, хотя и без боевых потерь, выглядело со стороны неудачей, вызывая кривотолки. Однако позиции Голицына были прочными, и остается открытым вопрос: насколько и ему лично и российской власти в целом нужно было в такой ситуации искать виноватых, на которых можно свалить случившееся. Ведь прибывший к войскам в конце июля начальник Стрелецкого приказа (министерства обороны по нынешней терминологии) Фёдор Шакловитый поддержал Голицына.

Козлом отпущения стал Иван Самойлович, 2 августа арестованный и смещенный с гетманства по доносу, который 17 июля отправили на него в Москву представители казацкой верхушки, в том числе и генеральный есаул Иван Мазепа.

Украинская «Википедия» пишет: «Судьба гетмана Самойловича была решена уже самим фактом отступления Голицына… В этих условиях и было организовано Голицыным выступление старшины против Самойловича». Понятно, что по официальной украинской истории, во всех плохом виновата Россия, однако даже в публикациях такого рода не приводится никаких доказательств того, что Голицын или кто-либо другой в России этот донос инициировал.

Зато логично, что неудачей похода хотели воспользоваться многочисленные противники гетмана на Украине. Им были недовольны, говоря современным языком, за авторитарный стиль правления и коррупцию. Сейчас трудно говорить насколько эти недостатки Самойловича были реальными и выделялись на фоне практики того времени.

Однако понятно, что присущие казацкой верхушке властолюбие и злоба (к гетману пренебрежительно относились из-за поповского происхождения) побуждали ее не только раздувать реальные недостатки гетмана, но и приписывать ему мнимые преступления.

Ведь главное обвинение против Самойловича заключалось в измене: «Никогда не радовался победам Християн над неверными.На пагубу Российских войск настоял он, чтоб их вывели в Крым весною, а не осенью». Само слово «измена» употреблено в доносе пять раз.

Один из первых историков Украины Дмитрий Бантыш-Каменский в своей «Истории Малой России» подробно разоблачает многие пункты этого доноса и пишет про «гетманство Самойловича, ознаменованное примерною верностию к Российскому престолу и редким добродушием». С его отдельными аргументами, наверно, можно не соглашаться, однако одно из достоинств книги –публикация документа под названием «Челобитная Генеральных Старшин и всего войска Малороссийскаго: об измене и о многом неистовстве Гетмана Ивана Самойловича».

Современные апологеты Мазепы документ этот даже в отдельных цитатах не приводят, и вообще стараются смазать тот факт, что «герой борьбы за независимость» успел поработать в жанре «донос на гетмана-злодея», благодаря чему и получил высшую должность в своей карьере. Ведь и доносить нехорошо, и у того же Самойловича они видят немалые заслуги перед Гетманщиной.

Так, в современной Украине одной из главных работ по Мазепе считается книга Александра Оглоблина (первого бургомистра Киева при нацистской оккупации) «Гетман Иван Мазепа и его время». В ней даже ставится под сомнение роль Мазепы в заговоре против Самойловича. Дескать, скорей всего все же участвовал, но неактивно, ибо «подписи Мазепы на доносе старшины нет».

А вот согласно профессору Татьяне Таировой-Яковлевой, подпись была. В ее книге о Мазепе из серии «ЖЗЛ» приводится и соответствующий номер документа из Российского госархива древних актов. Но автор, получивший за эту книгу от Ющенко орден княгини Ольги, естественно хочет реабилитировать своего героя: « Многие историки совершенно бездоказательно пишут, что заговор был возглавлен именно им. На самом деле его подпись на доносе старшины на Самойловича стоит только четвертой, после Борковского, Воехевича и писаря Прокоповича, чьей рукой и был написан донос».

Да, точно такое же расположение подписей и в полной публикации доноса Бантыш-Каменским. Но этот порядок всего лишь отражает формальную иерархию тогдашней Украины. Вторым человеком после гетмана являлся генеральный обозный — говоря современным языком командующий стратегическим артиллерийским резервом (артиллерией, не входящей в состав казацких полков).

Им был Василий Борковский. Третьим человеком являлся генеральный судья (в данном случае — Михаил Воехевич). Четвертым — генеральный писарь. Им тогда был Савва Прокопович. Писарям такие документы и надлежало писать. Ведь они и пером лучше владели, а донос с подписью писаря, но не им лично написанный, выглядел бы фальшивкой. Но вот генеральный есаул — это заместитель гетмана по командованию всем войском, прямой начальник над всеми полками.

Формально это пятая должность, но в отсутствие гетмана военное командование переходило к нему. И если считать что главное в гетманской должности — это руководство войсками, то генеральный есаул выглядит оптимальным кандидатом на эту должность. Кстати, ставший гетманом после измены Мазепы Иван Скоропадский тоже был перед этим генеральным есаулом.

Конечно, куда большее значение имело мнение царского двора. Но там к Мазепе относились благосклонно. Историк Николай Костомаров пишет: «Подозревают, что главным заправщиком здесь (то есть инициатором доноса П. С.) был Мазепа, подозрение эго основательно, потому что впоследствии старшины спрашивали частным образом у Голицына, кого бы он желал видеть гетманом, и Голицын указал им на Мазепу».

Таирова-Яковлева оправдывает своего героя очень неуклюже: «В 1687 году Мазепа был виновен только в одном: он знал и не предупредил. Но, во-первых, как и большинство старшин, он считал смещение справедливым. А во-вторых, что бы изменилось, предупреди он гетмана? Идти против Голицына с его стотысячным войском было невозможно. Бежать — в условиях окружавшей Самойловича враждебной старшины — нельзя. Несомненно, как человек глубоко религиозный, Мазепа не мог впоследствии не мучиться этим эпизодом.

В 1693 году он мысленно возвратился к свержению Самойловича и, словно оправдываясь, говорил Виниусу, что хотя он вместе со старшиной «били челом» — то только добиваясь отставки гетмана. А «чтоб его разорять, имение его пограбить и в ссылку совсем в Сибирь ссылать, о том де нашего челобитья, ни прошения… не бывало»».

Однако явно не сочетается с версией «знал, но не предупредил» признанная самой биографом подпись Мазепы на доносе. Ну а его текст опровергает приведенные ею (а также Оглоблиным и многими другими) слова Мазепы сподвижнику Петра I, думному дьяку Андрею Виниусу.

Мазепа просто соврал, ибо отнюдь не одного отстранения от должности Самойловича требовали доносчики: «И о том войско Запорожское бьет челом, чтоб, по снятии ево с Гетманства, не был и не жил на Украйне, но со всем домом взять бы ево к Москве, и яко явной изменник Их Царскаго Величества и войска Запорожскаго был казнен».

YOUTUBE 2019  ГЕТМАНСТВО НАЧАЛОСЬ С ДОНОСА. Апрель 2019.

Само обвинение в измене неизбежно влекло ссылку с конфискацией имущества, да и смертная казнь была вполне возможной, даже если ее прямо не требовать. Но ее потребовали на всякий случай: а вдруг оставшийся в живых гетман в итоге оправдается, и тогда пострадают уже доносчики.

А в их ряду Мазепа занимает особое место. Не он один был обязан своим возвышением Самойловичу, но именно он был воспитателем детей Самойловича. С этих занятий в 1674 году и началась его карьера на Левобережье. Донося на гетмана, он доносил и на своих воспитанников, обрекая их на жизнь с клеймом изменника, ибо по тогдашним нормам и члены семьи таких людей подлежали ссылке.

Яков Самойлович умер в 1695 году в Тобольске, на пять лет пережив сосланного туда же отца. Как видим, царское правительство оказалось немного более гуманным, чем хотели доносчики. Другой сын, Григорий, был казнен в Севске в ноябре 1687. По утверждению Бантыш-Каменского именно Мазепа и «навлек на него подозрения в измене».

К тому моменту, когда Григорию Самойловичу отрубили голову — не сразу, а для большей мучительности в три приема — Мазепа уже три с половиной месяца был гетманом. Его избрание прошло не без сложностей — некоторые верные Самойловичу части бунтовали, а на генеральную Раду допустили лишь две тысячи казаков, явное меньшинство из находившегося под Коломаком казацкого войска (ведь изначально в русской армии было 50 тысяч людей Самойловича, из которых при отступлении выделили 20 тысяч в правобережный отряд).

Сразу после избрания новый гетман и казацкие старшины подписали с царскими представителями так называемые Коломакские статьи. Их принято считать документом, уменьшающим украинскую автономии. В частности, в гетманской столице, Батурине, размещался полк московских стрельцов, а главное, гетман не мог без согласия российского царя освобождать казачью старшину от занимаемых должностей.

Однако на что должны были рассчитывать доносчики, обвиняя гетмана в измене и в авторитарной кадровой политике? Естественным ответом на такие обвинения было не только отстранение Самойловича, но и создание соответствующих тому времени механизмов для предотвращения подобных злоупотреблений. Таким образом, Мазепа прокладывал себя путь к власти ценой предательства своего благодетеля, а также — уменьшения украинской автономии.

Начатая с предательства гетманская карьера завершилась аналогичным образом — предательством.

Пётр Сафонов

* Публикация не является редакционной статьёй. Она отражает только мнение и аргументацию автора. Публикация представлена в изложении.

Publication is not an editorial. It reflects only the opinion and argument of the author. The publication is presented in the presentation. – Die Veröffentlichung ist kein Leitartikel. Es spiegelt nur die Meinung und das Argument des Autors wider. Die Publikation wird in der Präsentation vorgestellt. – Publikacja nie jest redakcją. Odzwierciedla jedynie opinię i argument autora. Publikacja została przedstawiona w prezentacji. – La publication n’est pas un éditorial. Cela ne reflète que l’opinion et l’argumentation de l’auteur. La publication est présentée dans  l’exposé.

* * *

GEOMETR.IT

«A new brave world» seen from the EU 11.01.2019

Moldova as being a state captured 11.01.2019

Sługa Narodu Ukrainy 11.01.2019

Grüne ist nicht immer gut 11.01.2019

Propagandą antybrukselską 11.01.2019

Ukraine: Land Grabbing 11.01.2019

GEOMETR.IT

2. БЭННОН лошадь запрягает, САЛЬВИНИ вожжи подает

in Crisis 2019 · Elections 2019 · Europe 2019 · Nation 2019 · Person 2019 · Politics 2019 · RU · Skepticism 2019 · State 2019 · The Best 2019 · YOUTUBE 2019 253 views / 6 comments

Europe    USA       

GEOMETR.IT

 

* Мне стало ясно, что вы являетесь частью всемирного движения, которое больше, чем Франция, больше, чем Италия, больше, чем Венгрия; больше, чем все они. И история находится на нашей стороне. Стив Бэннон на митинге в Лилле, Франция

YOUTUBE 2019  ЛЕКЦИЯ СТИВА БЭННОНА В ОКСФОРДЕ. Январь 2019.

 

Если бы классики марксизма знали, в каком виде вернется в Европу XXI века милый их сердцу призрак!.. Нарочно не выдумаешь: новый интернационал от имени пострадавшего от глобализации пролетариата сколачивает Стив Бэннон, экс-банкир Goldman Sachs, более известный как изобретатель Дональда Трампа. За отправную точку взята Италия.

То, что они делают, на Апеннинах называют суверенизмом, хотя по другую сторону Альп в ходу термин пожестче — национал-популизм. Суть та же: новая, набирающая обороты в Европе, идея подразумевает процесс, прямо противоположный евроинтеграции,— суверенитет во всех видах, от границ до мигрантов.

А расхлябанность общества предлагается подлечить патриархальными постулатами, которые возвращают к католической традиции.

*

… Дальнейшие цели, как следует из тезисов Бэннона,— вопрос тактики, хотя кое-что из сказанного в качестве программных установок выделить уже можно. Итак…

1  –  Отстранить партию Давоса, уязвимую в результате политики Макрона и Меркель, от власти в Европе и, конечно, не дать ей вернуться к власти в Америке.

2  –  Повергнуть союзника либеральных элит — компартию Китая, которая поставила на службу глобализации свой тоталитарный режим.

3  –  Обрушить систему Сороса.

4  –  Сменить мировой порядок, наладив сотрудничество в рамках иудейско-христианской цивилизации (США, Европа, Россия, Израиль).

5  –  Запереть мигрантов в Африке. Дальше — по мелочи…

Институт достоинства

Считается, что на строительство новой Европы Бэннона вдохновил итальянский пример. На фото — вице-премьеры Ди Майо (5 звезд) и Сальвини (Лига) при рождении нового кабинета.   Фото: Reuters

Самое время представить соратника и партнера Стива Бэннона — 43-летнего англичанина Бенджамина Харнуэлла, основателя Института человеческого достоинства (Dignitatis Humane Institute — DHI). Из устава этой близкой к Ватикану общественной организации следует: ее цель — продвижение традиционных католических ценностей в политическую и общечеловеческую реальность.

Встреча Стива и Бенджамина произошла в 2014 году, когда известного правыми взглядами американца пригласили на конгресс DHI в Ватикане. Там Бэннон произнес горячую речь о том, что библейские заповеди должны, наконец, стать руководством к действию не только для практикующих христиан, но и для политиков, а также для всей западной цивилизации.

Это и стало прологом политической дружбы, которая крепчала по мере того, как DHI из небольшого исследовательского центра превращался в могучий фонд, а его руководство вбирало в себя консервативных кардиналов, критически относящихся к реформаторской деятельности папы Франциска.

Так, почетным президентом DHI стал американский кардинал Рэймонд Берк, один из видных антагонистов понтифика (папа лишил его поста префекта Римской курии и должности патрона Мальтийского ордена, но Берк остается влиятельной в Ватикане персоной).

Нашлось в DHI место и Мэтью Фестингу, отправленному понтификом в отставку с поста великого магистра Мальтийского ордена. До недавнего времени на сайте DHI фигурировало и имя монсеньора Вигано, бывшего папского нунция в Нью-Йорке, открыто призывавшего Франциска сложить с себя папскую тиару.

Сам Бенджамин Харнуэлл занимает в DHI должность директора, а Стива Бэннона в прессе именуют главой, патроном.

О возможностях института говорит и то, что пару лет назад (еще при левоцентристском правительстве) ему удалось выиграть тендер на управление и аренду за 100 тысяч евро в год национального памятника (того самого аббатства Трисулти), хотя наличие музейного опыта вызывало вопросы.

Тем не менее основанная в 1211 году обитель, которую в свое время прозвали Кембриджем для фармакологов (древние сосуды для лекарств и поныне гордость монастырской аптеки), вместе с библиотекой в 36 тысяч томов, фресками, а также бюстом святого Варфоломея работы ученика Микеланджело перешла в управление новых правых.

Возмутило это главным образом местную общественность. Передача памятника архитектуры фонду, состоящему из противников папы, да еще собирающемуся взращивать правых политиков (цитата из приглашения на митинг, полученного вашим корреспондентом), не раз приводила под стены обители жителей городка Коллепардо под лозунгом Не отдадим монастырь под управление бывшему советнику Трампа!.

YOUTUBE 2019  ЛЕКЦИЯ СТИВА БЭННОНА В ОКСФОРДЕ. Январь 2019.

Стив Бэннон – соучредитель Breitbart News, генеральный директор предвыборной кампании Дональда Трампа 2016 года и впоследствии главный стратег Белого дома с момента инаугурации до августа 2017 года.

В 2017 году создал организацию Движение, которая призвана продвигать правый экономический национализм в Европе в преддверии европейских парламентских выборов в 2019 году.

Своими главными врагами С. Бэннон считает глобальные элиты Давоса и финансиста Джорджа Сороса. Движение сотрудничало с такими политиками как Виктор Орбан, Маттео Сальвини, Марин Ле Пен.

Занятно, что местные протестующие бьют суверенистов их же оружием. Ну с какой стати англичанин с американцем культивируют мировую закулису в сердце нашей исторической идентичности? — возмущались в разговорах участники манифестаций.

Вопрос о том, что тендер на аренду монастыря выигран с нарушениями, поставил и нынешний замминистра культуры — представитель Движения 5 звезд Джанлука Вакка. Попутно дав понять, что школа гладиаторов восторга у левопопулистской половины правительства не вызывает.

На этом фоне о деятельности DHI в Трисулти Бенджамин Харнуэлл стал говорить куда осторожнее, а Стив Бэннон и вовсе стал редко показываться в Италии, выжидая, пока страсти утихнут.

*

Еженедельник Panorama убежден: идеолог популистского интернационала непременно вернется, причем надолго. И объясняет: штаб-квартира в средневековом монастыре, дышащим мистикой и аскетизмом, как и сотрудничество с исповедующей христианские ценности DHI, важны для Бэннона.

Они выводят его проект из плоскости политического маркетинга на просторы борьбы за вечные ценности. Идея, надо признать, не нова.

Строивший новую Италию Муссолини заключил в 1929г. с католической церковью Латеранские соглашения, дабы сделать ее своей опорой. Кончилось все плохо …

Елена Пушкарская, Рим,Огонек

* 02 – Публикация не является редакционной статьёй. Она отражает только мнение и аргументацию автора. Публикация представлена в изложении. Publication is not an editorial. It reflects only the opinion and argument of the author. The publication is presented in the presentation. – Die Veröffentlichung ist kein Leitartikel. Es spiegelt nur die Meinung und das Argument des Autors wider. Die Publikation wird in der Präsentation vorgestellt. – Publikacja nie jest redakcją. Odzwierciedla jedynie opinię i argument autora. Publikacja została przedstawiona w prezentacji. – La publication n’est pas un éditorial. Cela ne reflète que l’opinion et l’argumentation de l’auteur. La publication est présentée dans  l’exposé.

* * *

GEOMETR.IT

«A new brave world» seen from the EU 11.01.2019

Moldova as being a state captured 11.01.2019

Sługa Narodu Ukrainy 11.01.2019

Grüne ist nicht immer gut 11.01.2019

Propagandą antybrukselską 11.01.2019

Ukraine: Land Grabbing 11.01.2019

GEOMETR.IT

2. USA. Новая Стратегия и Пыльная НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬ

in Conflicts 2019 · Europe 2019 · Politics 2019 · RU · Russia 2019 · Skepticism 2019 · State 2019 · USA 2019 · YOUTUBE 2019 241 views / 9 comments

 Europe           Russia        USA        World  

GEOMETR.IT  voltairenet.org

 

* Дилетант принимает темное за глубокое, дикое — за мощное, неопределенное — за бесконечное, бессмысленное — за сверхчувственное.  Фридрих Шиллер

YOUTUBE 2019  ЧТО ДЕЛАТЬ? НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬ БУДУЩЕГО. Сентябрь 2018.


Многие считают, что США действуют напористо, но при этом мало чего добиваются. Например, войны на Ближнем Востоке – это сплошная череда неудач. Тем не менее, как считает Тьерри Мейсан, их военная, торговая и дипломатическая стратегия тщательно скоординированы. Они соответствуют их интересам и увенчиваются успехами.

Разработчики Большой стратегии США: министр обороны Дональд Рамсфельд и его советник адмирал Артур Цебровски, президент Дональд Трамп и его советник по вопросам торговли Петер Наварро и, наконец, государственный секретарь Майк Помпео и его советник Френсис Феннон.

   (  02  )

Для этого нужно было уничтожить в этом резервуаре все государственные структуры, так чтобы никто и никогда не мог противиться воле первой мировой державы или обойтись без неё. – The Pentagon’s New Map, Thomas P. M. Barnett, Putnam Publishing Group, 2004.

Эта стратегия никогда не прерывалась. Она началась на Ближнем Востоке (Афганистан, Ирак, Ливан, Ливия, Сирия, Йемен). Однако в противоположность тому, что было заявлено госсекретарём Хиллари Клинтон (Pivot to Asia), она была продолжена не на Дальнем Востоке в силу военной мощи Китая, а в Карибском бассейне (Венесуэла, Никарагуа).

Дипломатическая стратегия

В 2012 г. президент Барак Обама, руководствуясь идеями Республиканской партии, делает добычу сланцевой нефти и газа методом гидроразрыва одним из государственных приоритетов. За несколько лет США, увеличив капиталовложения в добычу сланцевой нефти и газа, становятся первой мировой державой по добыче углеводородов, полностью меняя парадигму международных отношений.

В 2018 г. бывший директор Международного центра нефтяного оборудования Майк Помпео становится директором ЦРУ, а затем государственным секретарём. Он создаёт Бюро энергетических ресурсов (Bureau of Energy Resources), во главе которого назначается Френсис Феннон.

Произошло то же самое, что и с Бюро трансформации силы в Пентагоне – был взял курс на взятие под контроль мировых рынков торговли углеводородами. –  “Mike Pompeo Address at CERAWeek”, by Mike Pompeo, Voltaire Network, 12 March 2019

Для этого создаётся новый тип альянса, примером которого может быть свободный и открытый Тихоокеанский регион (Free and Open Indo-Pacific). Речь идёт не о создании военных блоков, а об организации альянсов с целью обеспечения экономического роста, основанного на гарантированном доступе к энергетическим ресурсам.

Данная концепция не расходится со стратегией Рамсфельда-Цебровски: дело не в том, чтобы завладеть углеводородами всего остального мира (Вашингтон в них больше не нуждается), а в том, чтобы определять, кто может их иметь, чтобы развиваться, а кто нет.

Это полный отход от доктрины нефтяного голода, распространяемой Рокфеллерами и Римским клубом начиная с 1960-х годов, а впоследствии и Группой развития национальной энергетической политики (National Energy Policy Development Group) вице-президента Дика Чейни.

Сегодня США признают, что нефть не только никуда не исчезла, но несмотря на чудовищное увеличение спроса, человечеству её хватит не меньше, чем на целый век.

Под самыми разными предлогами Помпео блокирует доступ к мировому рынку сначала Ирану, а затем Венесуэле, и продолжает держать свои войска на востоке Сирии, чтобы не позволить разработку недавно открытых там нефтяных полей.

Одновременно он оказывает давление на Европейский союз с тем, чтобы тот отказался от российского газопровода Северный поток-2 и на Турцию, чтобы та отказалась от Турецкого потока.

Торговая стратегия

В 2017 г. Президент Дональд Трамп делает попытку возвратить в США часть рабочих мест, выведенных в Азию и Европейский союз. Руководствуясь доводами экономиста левого толка Петера Наварро [4], он кладёт конец Тихоокеанскому партнёрству и пересматривает Североамериканское соглашение о свободной торговле.

Одновременно он вводит повышенные таможенные сборы на ввоз немецких автомобилей и большинство китайских товаров. В довершение он проводит реформу, поддерживающую возврат в страну капиталов. Такая политика позволила улучшить торговый баланс и создать новые рабочие места.

Теперь весь механизм в военном, торговом и дипломатическом плане полностью отшлифован. Каждая деталь находится в нём на своём месте. И каждая знает, что она должна делать.

Главная сила новой Большой стратегии состоит в том, что её понимают только избранные. Вашингтон пользуется эффектом внезапности, подкрепляемой намеренно хаотичными заявлениями Дональда Трампа.

Но если судить по делам, а не по президентским твитам, можно видеть, какого прогресса добились Соединённые Штаты после двух периодов неопределённости при президентах Клинтоне и Обаме.

 

 

Thierry Meyssan,

сonsultant politique, prsident-fondateur du Rseau Voltaire. Dernier ouvrage en franais : Sous nos yeux – Du 11-Septembre  Donald Trump.2017.  voltairenet.org

* Публикация не является редакционной статьёй. Она отражает только мнение и аргументацию автора. Публикация представлена в изложении.

Publication is not an editorial. It reflects only the opinion and argument of the author. The publication is presented in the presentation. – Die Veröffentlichung ist kein Leitartikel. Es spiegelt nur die Meinung und das Argument des Autors wider. Die Publikation wird in der Präsentation vorgestellt. – Publikacja nie jest redakcją. Odzwierciedla jedynie opinię i argument autora. Publikacja została przedstawiona w prezentacji. – La publication n’est pas un éditorial. Cela ne reflète que l’opinion et l’argumentation de l’auteur. La publication est présentée dans  l’exposé.

* * *

GEOMETR.IT

«A new brave world» seen from the EU 11.01.2019

Moldova as being a state captured 11.01.2019

Sługa Narodu Ukrainy 11.01.2019

Grüne ist nicht immer gut 11.01.2019

Propagandą antybrukselską 11.01.2019

Ukraine: Land Grabbing 11.01.2019

GEOMETR.IT

EU: Das A und O des Endes

in Brexit 2019 · DE · May 2019 · Nation 2019 · Politics 2019 · Skepticism 2019 · YOUTUBE 2019 80 views / 0 comments

Germany     Great Britain  Europe        

GEOMETR.IT  Der Privatinvestor Politik Spezial

*In der ganzen Welt ist jeder Politiker sehr für Revolution, für Vernunft und Niederlegung der Waffen – nur beim Feind, ja nicht bei sich selbst. Hermann Hesse

Das britische Unterhaus hat erneut abgestimmt. Diesmal hat es nach dem Brexit-Deal der Premierministerin mit der EU auch noch sämtliche Alternativen abgelehnt. Im Grunde hat sich das britische Parlament selbst ausgebremst. So weit geht die politische Elite, um das Votum des britischen Souveräns zu hintertreiben.

Mit dieser neuerlichen Verrücktheit wird auch deutlich, wie es um die EU selbst bestellt ist, eine EU, in der der kommende Kommissionspräsident EU-kritischen Parteien den Geldhahn abdrehen will, in der ab 2022 nur noch Autos zugelassen werden, die für uns das Tempolimit einhalten und uns als Fahrer entmündigen, in der Frankreichs Präsident mit dem Militär gegen Demonstranten vorgeht und den Soldaten dabei den Schießbefehl erteilt, aber auch eine EU in der die Kanzlerin des wirtschaftlich mächtigsten und wichtigsten Landes nicht nur in der Migration, der Sparpolitik und der Energiepolitik selbstherrliche Alleingänge macht, ansonsten aber die Einheit der Union beschwört

er Abstimmungs-Marathon zum Brexit im britischen Unterhaus geht weiter. Am Freitag hat das britische Unterhaus erneut gegen einen Brexit-Deal gestimmt.

Zur Abstimmung stand ein Teil des Brexit-Pakets. Nicht dazu gehörte die politische Erklärung über die künftigen Beziehungen, die den Vertrag ergänzt.

Nach dem dritten Nein warnte Industriepräsident Dieter Kempf vor gravierenden Folgen für deutsche Unternehmen. „Wir rechnen mit einem Rückschlag für die deutsche Wirtschaft in der Größenordnung von mindestens einem halben Prozent des Bruttoinlandsprodukts. Das wären rund 17 Milliarden Euro weniger Wirtschaftskraft allein in diesem Jahr“, sagte Kempf unserer Redaktion.

„Wohl jedes vierte Unternehmen mit Geschäftsverbindungen ins Vereinigte Königreich müsste wegen eines harten Brexits Stellen streichen.“ Es herrsche „quälende Unsicherheit in der Wirtschaft“, beklagte der BDI-Präsident. „Diese unklare Lage trübt die Stimmung ein, vergrault Investoren, kostet Wachstum und Arbeitsplätze.“

Kempf forderte: „Die britische Politik muss schnellstmöglich den Brexit-Prozess abschließen.“ Wer den Austrittsvertrag ablehne, „muss jetzt sagen, welchen politisch und wirtschaftlich gangbaren Weg er stattdessen beschreiten will“, verlangte der Industriepräsident. „London muss nun gegenüber Brüssel erklären, wie es einen No-Deal-Brexit ausschließen will. Weil die Zeit drängt, erwarten die Unternehmen auf beiden Seiten des Kanals schnelle Antworten.“ Der beste Weg, so Kempf, sei nach wie vor das Austrittsabkommen.

Parlament hatte acht Alternativen zum Brexit-Deal abgelehnt

Das britische Parlament hatte am Mittwoch acht Alternativen zu dem Brexit-Deal zwischen der britischen Regierung und der EU abgelehnt. Theresa May hatte aus dem Ergebnis offensichtlich Schlüsse gezogen und ließ nun nochmal abstimmen.

Um ausreichend Unterstützung für das Votum zu bekommen, hatte May sogar angeboten zurückzutreten, sollte das völlig zerstrittene Unterhaus dem Deal an diesem Freitag endlich zustimmen. Doch so kam es nicht.

Mays Deal war bereits zweimal im Parlament gescheitert, weshalb das Parlament die Initiative ergriffen und eigene Vorschläge unterbreitet hatte. Das aber war am Mittwoch gleich mehrfach gescheitert.

YOUTUBE:Ein ungeregelter Brexit ist nicht vom Tisch, die Verunsicherung für die Wirtschaft wird in die Länge gezogen”,

   Die Veröffentlichung ist kein Leitartikel. Es spiegelt ausschließlich den Standpunkt und die Argumentation des Autors wider. Die Publikation wird in der Präsentation vorgestellt. Beginnen Sie in der vorherigen Ausgabe. Das Original ist verfügbar unter: Der Privatinvestor Politik Spezial

GEOMETR.IT

Poland breaks the EU slowly

in EN · Europe 2019 · Nation 2019 · Politics 2019 · Polska 2019 78 views / 0 comments

Europe           World         Polska

GEOMETR.IT  Vox

*“Sometimes a man wants to be stupid if it lets him do a thing his cleverness forbids.” ― John Steinbeck, East of Eden

Poland’s far-right party is subverting democracy, and setting the country on a collision course with the EU.

Help us make more ambitious videos by joining the Vox Video Lab. It gets you exclusive perks, like livestream Q&As with all the Vox creators, a badge that levels up over time, and video extras bringing you closer to our work.

Poland is changing. In 2015, the far-right Law and Justice party, or PiS, won both the presidential election and a slim parliamentary majority.

  • Since then, they’ve been working to cement their power by firing judges, purging the military and civil service, and cracking down on protesters and the media.
  • All of this has put the country on a collision course with the European Union that could threaten Europe’s hard-won peace and prosperity following centuries of conflict.
  • To truly understand the international conflicts and trends shaping our world you need a big-picture view. Video journalists Sam Ellis and Liz Scheltens use maps to tell the story and chart their effects on foreign policy.

Poland’s right-wing Law and Justice party government has revamped Poland’s judicial system since taking power in 2015 and many judges have been removed.

The ENCJ is particularly concerned about recent changes to the KRS, which is supposed to be independent of political control when proposing nominations to the bench. However, the KRS is now dominated by members chosen by politicians, raising fears that judicial autonomy has been undermined.

The decision comes during a week when the European Commission is likely to consider further action in an infringement procedure launched against Poland over a new law affecting the country’s Supreme Court. The law imposes a lower retirement age, removing many of the court’s judges including its president. Critics say the law violates the Polish constitution.

The government argues that the changes are needed to root out judges tied to the old communist system and to make the courts more efficient, and that Brussels doesn’t have the right to interfere in the legal systems of member countries.

The Polish Supreme Court asked the European Court of Justice to rule on the new law, and said the law should be suspended until the ECJ has time to issue an opinion. President Andrzej Duda has ignored that appeal, and there is now confusion over which judges are members of the court.

The EU deemed the move a “serious breach” of the core values on which the union was founded.

Conversely, Mr Duda insisted this latest referendum would strengthen Poland’s presence in the union. However, the move is set to deteriorate relations with Brussels even more.

The two questions on the EU’s relationship would be part of a wide-ranging constitutional referendum.

The vote, which Mr Duda said could take place on November 10-11, may ask as many as 15 questions. 

YOUTUBE: Poland’s far-right party is subverting democracy, on a collision course with the EU.

The publication is not an editorial. It reflects solely the point of view and argumentation of the author. The publication is presented in the presentation. Start in the previous issue. The original is available at:  Vox

GEOMETR.IT

NEW Exit disease: Goodbye, Prague

in Conflicts 2019 · EN · Europe 2019 · Nation 2019 · Politics 2019 · Skepticism 2019 88 views / 0 comments

Europe

GEOMETR.IT  4liberty.eu

* “To be human is to be in the tense condition of a death-foreseeing, consciously libidinous animal. No other earthly creature suffers such a capacity for thought, such a complexity of envisioned but frustrated possibilities, such a troubling ability to question the tribal and biological imperatives. ” ― John Updike

While watching the difficulties following the Brexit referendum in the United Kingdom, one might ask if it is possible to find anyone who would like to follow a similar path. Surprisingly enough, there is at least one member state in the European Union where the possibility if leaving the Union is discussed quite intensively: the Czech Republic.

The aim of this article is to explain why Czech media and politicians even raised the possibility of leaving the EU (calling it Czexit), to focus on the debate surrounding this subject, and to try evaluating if or when such a debate might become an issue before the 2019 European Parliamentary elections.

  • First, it is important to mention that Czech society is one of the most Eurosceptic in the whole EU.
  • One of the reasons for that is that Czech society is poorly informed about EU-related issues because they are not covered extensively in the Czech media.
  • Czech politicians tend to have rather ambiguous relations towards “Brussels”; even the use of this term to label the EU in Czech discourse shows that there are distinctions between “Us” (the Czechs) and the “Other” (the EU). While Czech representatives do not (usually) object to EU regulations on high-level meetings, they find it perfectly acceptable to blame the Union in case things go wrong at home in front of the domestic audience.

The lack of heartfelt EU supporters creates a space where Eurosceptics might easily prosper. One of the prominent members of this opinion group —Václav Klaus — could even advocate such ideas from executive office when he was president between 2003 and 2013. Ironically, the Czech Republic joined the EU in 2004, under his mandate.

  • Nevertheless, he remains one of the most prominent proponents of Czexit. In the past, Czech Eurosceptics also succeeded during the European elections. 
  • The former adviser of Mr. Klaus, Petr Mach, already an advocate of leaving the EU, was elected to the European Parliament in 2014.
  • The debate about Czexit popped up again in February 2018, when the Lower Chamber of the Czech Parliament debated the law on a general referendum on the issue. The law was drafted and submitted by the right-wing populist party Freedom and Direct Democracy – Tomio Okamura (SPD).

Okamura has anti-migration and anti-EU topics at the very top of its agenda. Thus, it is not surprising that he immediately raised the possibility of holding a referendum on the membership of the Czech Republic in the EU.

The idea of Czexit was repeatedly supported by the members of the SPD party, and they were not alone. Some members of the Czech Communist Party, which is notoriously against NATO and issues various statements supporting the policies of the current Russian government, also backed the referendum bill.

Several members of the moderate right-wing Civic Democratic Party also supported Czexit under certain conditions. One of them was Václav Klaus Jr., the son of the former president.

While the possibility that the law on the referendum could pass and open the door for the debate about EU membership caused significant concerns in the mainstream media, this possibility was cherished by the so-called alternative platforms promoting (often EU-related) conspiracies, pro-Russian narratives, or disinformation.

As Prague Security Studies Institute researchers found, this topic was mentioned in February 2018 in 124 articles published on mainstream media, and 99 articles published on alternative media platforms.

  • While warnings about holding such a referendum prevailed in the mainstream media (often pointing to Brexit as an example), the alternative media negated these claims, and argued that Czexit would not be as bad as is described and its positive effects would prevail.
  • According to the alternative platforms, leaving the EU can also save the Czechs from the Islamization of their country, so they depicted it as a question of national survival.
  • Among other reasons supporting the Czexit were: bureaucratic EU regulations, the dictatorship of France and Germany in EU, and the overall loss of sovereignty because the country was “degraded” to a colony of Brussels.
  • The political promoters of the referendum bill played an important role in the debate, led by the alternative platforms who actively contributed to it. This is especially the case for the members of the SPD party, who were often the authors of articles related to the issue on alternative media sites.

Therefore, the debate about Czexit once again proved the strong connection between the alternative media and political extremists from both ends of the political spectrum.

However, in the end, the law on the referendum was rejected, not only due to fears of Czexit, but also due to the poor wording and reasoning of the proposed bill from a legal perspective. After that, the debate about Czexit lost much of its vibrancy, and this topic slowly disappeared from the public space and has not received strong attention since.

Even in August 2018 when Prime Minister Andrej Babiš stated that leaving the EU would endanger the future of the country, the alternative media did not react. While 43 articles in the mainstream media mentioned this quote, only 4 on alternative media did.

It is not possible to completely rule out the possibility that the topic of Czexit will reemerge again before European elections; however, at the moment, nothing suggests that it would. This, unfortunately, cannot be said about other myths and disinformation about the EU, which are presently circulating in the Czech media space. Czech EU-bashers will surely find other topics for mobilizing their supporters.

Presented data were gathered in the course of the research analyzing the most popular myths about EU in Czech media space in 2018 conducted by Prague Security Studies Institute

The publication is not an editorial. It reflects solely the point of view and argumentation of the author. The publication is presented in the presentation. Start in the previous issue. The original is available at:   4liberty.eu/

GEOMETR.IT

UKRAINE. ELECTIONS. Після комедії одні виходять – поговорять, та й підуть; другі ж вийдуть теж поговорять; деколи під музику співають, сміються, плачуть, лаються. І. Котляревський.

in Elections 2019 · EX-USSR · Nation 2019 · Politics 2019 · UA · Ukraine 2019 85 views / 0 comments

Europe

GEOMETR.IT  lb.ua

* Пригадую, як у 2013-му році німецький політолог Андреас Умланд писав, що кожен наступний український президент є гіршим за попереднього: Кучма – гірше за Кравчука, Ющенко – гірше за Кучму, Янукович – гірше за Ющенка. На думку декого, Порошенко є гіршим за Януковича, а, отже, закономірність Умланда має право на життя. Яким президентом може стати Зеленський – покаже час, але час може привести й до того, що ця посада взагалі буде анульована. Принаймні, в теорії…

Бо ті, хто не хоче зараз бачити на чолі держави ані Зеленського, ані Порошенка, посилено мріють про парламентську республіку. Де в президента будуть урізані повноваження, а у парламенту (та уряду, який цей парламент призначить) – карт-бланш на все. Особисто я не вірю у парламентську республіку, а, точніше, не ідеалізую її. В українському контексті з такої республіки також може не вийти нічого путнього, адже якість нашого парламентаризму – надзвичайно низька.

Але й президентська форма правління також значною мірою скомпрометована. Чи не тому, бува, що від самого початку ця посада виникла не від усвідомлення її необхідності, а як захисний елемент? Якщо хтось забув, як в Україні з’явився президент, то я нагадаю у двох словах. Посада президента України була започаткована 5 липня 1991 року – ще до набуття республікою незалежності. Відповідні зміни були внесені до Конституції УРСР 1978 року.

Для чого це було зроблено?

  • Щоб ослабити домінування комуністів. Після перших демократичних виборів 1990 року мейнстримом парламенту продовжувала бути комуністична більшість (група «239»). Їй опонували націонал-демократичні сили, але цього було замало.
  • Ідеологічні суперники сподівалися отримати перевагу у вигляді «своєї» людини на чолі держави. Президент, таким чином, мусив бути одночасно і суб’єктом, і об’єктом впливу – з боку тих сил, котрі привели його до влади. Запам’ятаємо цей момент. Він досить важливий для усвідомлення того, чому Україні не щастить з президентами.

Від самого початку фігура президента була наділена значними повноваженнями. Настільки значними, що це викликало політичну кризу 1995 року, яка завершилася підписанням «конституційного договору». Тодішній парламент в особі Олександра Мороза побоювався диктатури Леоніда Кучми та одноосібного ухвалення ним рішень.

І все таки в результаті «конституційного договору» Україна отримала «сильного» президента та «слабкого» прем’єра. Прийнята згодом Конституція-1996 лише законсервувала цей статус-кво.

Пізніше була політична реформа 2004 року, котра перерозподілила повноваження президента та парламенту на користь останнього, а також додала ваги голові уряду. Реформу цю скасував Віктор Янукович – у 2010 році Україна повернулася до Конституції у редакції 1996 року. Але ще через чотири роки відбулася Революція Гідності, котра в свою чергу відновила дію положень 2004 року.

Цим історія не обмежилось.

  • Бо у 2014-му Петро Порошенко запропонував свої зміни до Конституції – зміни, котрі однозначно посилюють президентську вертикаль.
  • Серед них: скасування інституту губернаторів та введення «представників президента», скасування імперативного мандату та формування парламентської коаліції на основі «індивідуального членства», посилення впливу президента та силовий блок тощо. На щастя, всі ці зміни не були прийняті. Ба навіть не були розглянуті. Це той єдиний випадок, коли Верховну Раду можна похвалити за лінь та бездіяльність.

Чому я кажу «на щастя»? Тому що мав рацію американський політолог Стівен Фіш, коли говорив: «Чим сильніша законодавча влада, тим сильніша демократія». І навпаки – чим сильніша влада виконавча, тим більші складнощі виникають із демократією. Я не знаю, чи читають Фіша у нинішньому політикумі, але кон’юнктура там відчута добре: перенести акцент на парламент. Та повторюся ще раз: це реально спрацювало б, якби на парламент можна було б покластися. Бо справа ж не тільки і не стільки в парламенті чи президенті, скільки у загальній готовності дотримуватися правил.

Там, де дотримуються правил, не виникає проблем навіть із дуже сильною президентською владою. І прикладом тому слугують Сполучені Штати. Америці міцна постать президента не шкодить. Але є певні нюанси. Так, президент Сполучених Штатів є цілковито незалежним від Конгресу, а Конгрес – від президента. Ані президент не може розпустити Конгрес, ані Конгрес не може відправити у відставку найвищих посадових осіб виконавчої влади, яких пропонує президент. Однак Конгрес суворо наглядає за дотриманням законності з боку чиновників, яких висуває президент, а верхня палата Конгресу (Сенат) має право відхилити ці кандидатури під час їх розгляду.

Крім цього, президент США де-факто виконує й функцію прем’єр-міністра, а також командуючого військом, яке підпорядковано йому напряму. Але Конгрес вирішує, в якому обсязі фінансувати це військо; також усі міжнародні договори, підписані президентом, мають пройти процедуру схвалення у Сенаті. Саме під тиском обох палат Конгресу, а також Верховного Суду США, преси і громадськості був змушений свого часу подати у відставку Річард Ніксон. Його було звинувачено у прослуховуванні опозиційних політиків і наступних спробах зам’яти цей скандал.

Щоб мати такий рівень самоорганізації та взаємодії законодавчої і судової гілки влади у випадку правопорушень з боку президента, Україні варто впровадити у себе цілком незалежне судочинство, а також продемонструвати зовсім іншу якість парламентаризму. А не витрачати бюджетні мільйони на керований та заангажований суд. І не обирати парламент, куди за закритими партійними списками і за викупленими заздалегідь мажоритарними округами потрапляють персони, далекі від державних інтересів.

Система стримувань та противаг, подібна до американської, у нас, на жаль, відсутня. По цей час єдиним справді дієвим методом впливу на владу був і залишається Майдан. Але це винятковий сценарій, ми ж говоримо про повсякденні реалії – зокрема, про те, що суд і парламент в Україні виглядають сьогодні ментально незрілими.

Те саме торкається, власне, і посади президента.

Однак всі ці міркування не наближають до остаточного висновку про те, чи потрібна нашій державі посада президента. Пошуки оптимального шляху впираються передусім у необхідність обрання якісно іншого парламенту, а це в свою чергу пов’язано з кардинальною зміною системи виборів. Іншими словами, питання лишається відкритим.

Та чи надовго? Як казав у 2008-му Леонід Кучма, «сьогодні нам не подобається Ющенко, і ми скасовуємо посаду президента. Завтра нам сподобається який-небудь Гущенко, і що? Повернемо в Конституцію цю посаду? Від нас всього можна чекати».

Аби не чекати гіршого, варто вже зараз налаштовуватися на осінь-2019. Вибори президента Україна вже програла, незалежно від того, яким буде їхній остаточний результат. Важливо не програти вибори Верховної Ради – бо в ній втілено останній важіль можливих змін.

Михайло Поживанов , Політик, громадський діяч, депутат Верховної Ради чотирьох  скликань

Публікація не є редакційною статтею. Вона відображає тільки думку і аргументацію автора. Публікація представлена у викладі: lb.ua

GEOMETR.IT

2. Ukraina: Świadkowie nie św. Piotra

in Elections 2019 · EX-USSR · Nation 2019 · Person 2019 · Politics 2019 · Polska 2019 · Ukraine 2019 71 views / 0 comments

  Europe              Ukraine       Ex-USSR         

GEOMETR.IT  new.org.pl

* Co ważne chcą oni realnych zmian i nowej Ukrainy, a nie „wsi potiomkinowskiej”, udekorowanej tylko wyszywanką i ukraińską pieśnią, ale w środku będącej reanimacją Ukraińskiej Republiki Radzieckiej. 

Niedługo po ogłoszeniu exit pole internet znowu zalała fala hejtu w wykonaniu „porochobotów” i „ekspertów”. Nienawiść obróciła się z jednej strony w kierunku Zełenskiego i jego wyborców, z drugiej wobec na przykład Hrycenki za to, że ogłosił, iż w drugiej turze nie ma swego faworyta.

  • Szczególnie śmieszy postawa zwolenników Poroszenki właśnie w stosunku do lidera Pozycji Obywatelskiej – najpierw notorycznie obrażali Hrycenkę oraz jego wyborców, a teraz oczekują od nich bezwarunkowego poparcia dla „króla czekolady”.
  • Jedna ze zwolenniczek Poroszenki w następujący sposób skomentowała fakt, że powyższy polityk nie poprze w drugiej turze jej kandydata:

„I ci, którzy mnie obrzucali [informacjami], że Hrycenko to superbohater… ot i SZCZUREM się okazał! Miał on całą Ukrainę daleko i głęboko… gnida moskiewska” 

Tę hipokryzję trafnie sparodiował na swym profilu na popularnym portalu społecznościowym komentator występujący jako Anton Hodza:

„Słuchaj Ty, kretynie je…ny, kliniczny idioto, bydło niewykształcone, małorosie przeklęty, pie…ić wszystko co kochasz i cenisz w d…ę, k…o Ty tępa, gó…o, mankurcie, nienawidzę was węszących zdrajców, bezmózgu upadły, s…m na twoje zdanie, obiłbym ci ryj, ale Internet nie daje mi takiej możliwości, proszę cię zagłosuj w drugiej turze na Poroszenkę. Trzeba kraj ratować”.

 

Powyższa taktyka pozwoliła Poroszence na zacementowanie swego elektoratu i wejście do drugiej tury, choć jeszcze kilka miesięcy temu wydawało się, iż nawet na to nie ma szans. Doprowadziła jednak również do odtworzenia podziałów w ukraińskim społeczeństwie.

  • O ile wcześniej powszechnie dzielono Ukrainę na prozachodnią oraz prorosyjską (ten silny podział był widoczny na mapie wyborczej), to teraz „linia frontu” przechodzi we wszystkich obwodach.
  • Tymczasem agresja słowna „porochobotów” wobec innych wyborców oraz deklaracje ślepej wierności wobec prezydenta tylko rosną. Utrudniając przekonanie elektoratu innych kandydatów do poparcia „Porocha”.

Sprzyjał agresywnej retoryce również sam prezydent. Po ogłoszeniu wyników exit pole z jednej strony stwierdził, że „usłyszał” wyborców Zełenskiego, a z drugiej nazwał go „marionetką Kołomojskiego”.

  • O ile podejrzenia, co do związków aktora z oligarchą Ihorem Kołomojskim są uzasadnione, to sam przytyk wyglądał irracjonalnie w zestawieniu z deklaracją wobec wyborców Hołoborod`ki.
  • Zresztą sztab Zełenskiego szybko odbił piłeczkę. Na dodatek bardzo boleśnie. Skoro według prezydenta komik jest marionetką oligarchy to wobec tego na debatach powinien się pojawić właśnie on, a jego oponentem będzie…
  • Wiktor Medwedczuk. Tym samym rywale prezydenta zasugerowali, że „Poroch” sam jest marionetką w rękach prorosyjskich polityków.

 

Dlaczego Hładkowscy, Kernes i Medwedczuk nie są błahostkami?

Poroszenko i jego sztab wydają się nie rozumieć przyczyn tak marnego wyniku w pierwszej turze. Wiedzą doskonale, że dysproporcję między prezydentem a Zełenskim będzie trudno uzupełnić. Albo nie potrafią wsłuchać się w zarzuty i oczekiwania elektoratu prozachodniego, albo mają problem z przekonaniem Poroszenki, że przyszedł czas na zmiany.

Na zniechęcenie wyborców, którzy oczekiwali jakościowych zmian w ojczyźnie wpłynęła nie tylko niechęć obozu rządzącego do większych reform w Ukrainie. Problematycznym okazał się również otwarty sojusz Poroszenki z prorosyjskimi i często zamieszanymi w działalność przestępczą merami miast na wschodzie i południu oraz tzw. lokalnymi kniaziami. Prezydent przymykał oko na ich antyukraińską działalność, korupcję, oskarżenia o kradzież pieniędzy ze środków publicznych czy ataki na ukraińskich aktywistów.

  • Śmiertelną ofiarą jednej z takich napaści była Kateryna Handziuk, która po kilku miesiącach od oblania kwasem zmarła w szpitalu. Poroszenko oraz jego otoczenie nie tylko ignorowali całe wydarzenie, ale i nie chcieli pozwolić na ukaranie tych członków partii prezydenckiej, którzy byli zamieszani w atak. Bierna wobec nich jest prokuratura, kierowana przez oddanego prezydentowi Jurija Łucenkę, jak i Służba Bezpieczeństwa Ukrainy.
  • Tymczasem Handziuk zwalczała, poza skorumpowanymi politykami i przestępcami na szczytach władzy, również środowiska prorosyjskie w odwodzie chersońskim. Bierność tak oddanej Poroszence służby jak SBU można więc niestety odczytać jako brak woli gwaranta konstytucji na rzeczywiste zwalczanie siatek współpracujących z agresorem.

Niemniej ważny jest fakt niemrawej reakcji na skandal wokół Ołeha Hładkowskiego i jego syna Ihora. Przypominając chodzi o to, że korzystając z protekcji ojca, byłego wicesekretarza Rady Bezpieczeństwa i Obrony Narodowej, młody Hładkowski wraz z kolegami sprzedawali w ukraińskich przedsiębiorstwach zbrojeniowych rosyjskie części zamienne do pojazdów wykorzystywanych w Siłach Zbrojnych Ukrainy. Problemem nie była sama kontrabanda, ponieważ części zamienne były potrzebne, ale jakość tychże oraz skandalicznie wygórowane ceny, jakich żądali „chłopczyki”.

Skandal ujawniony przez dziennikarza Denysa Bihusa jest tylko fragmentem szerszego systemu korupcji i rozkradania pieniędzy państwowych w sektorze obronnym. Państwo, broniące się przed silnym agresorem i posiadające do tego niewielkie środki finansowe, nie może sobie pozwolić na takie sytuacje. Fakt, że Poroszenko tego nie rozumie, świadczy tylko o tym, iż nie nadaje się na zwierzchnika sił zbrojnych.

Krytycznie należy również podsumować wsparcie obozu prezydenckiego dla wspomnianego wyżej Medwedczuka. Przypominam, że to były szef administracji Leonida Kuczmy, jeden z najbardziej prorosyjskich polityków nad Dnieprem oraz osoba, która wprowadziła Poroszenkę na salony wielkiej ukraińskiej polityki. W Ukrainie jest znany jako „kum Putina”.

  • Toksyczność Medwedczuka i jego kolaboracyjna postawa nie przeszkadza „królowi czekolady”. Dziennikarze niezależnych stacji niejednokrotnie przyłapali lidera Ukraińskiego Wyboru na odwiedzinach w administracji prezydenta.
  • Ponadto Medwedczuk był lansowany przez Poroszenkę jako rzekomo najlepszy negocjator w uwalnianiu ukraińskich żołnierzy i cywilnych zakładników z rąk Rosji. W ostatnich latach odbudował swe wpływy polityczne i gospodarcze przy wsparciu obozu prezydenckiego.
  • Dzięki „Porochowi” jeden z najbardziej antyukraińskich polityków ma nad Dnieprem monopol w handlu paliwami, a poprzez wiernego sobie deputowanego Tarasa Kozaka kontroluje dwa kanały telewizyjne NewsOne i 112 oraz cieszy się nietykalnością. Za jego ostatni wylot do Moskwy, w którym towarzyszył mu Bojko, postępowanie karne wszczęto przeciwko… pracownikom Służby Granicznej i Państwowej Służby Lotniczej!

Współpraca z siłami prorosyjskimi z pewnością zwiększyła szanse Poroszenki na wyjście do drugiej tury. Agitowali za nim, wykorzystali adminresurs, a nawet naciski. Niemniej, jak słusznie wskazuje Ołeksij Bratuszczak, sukces okazał się pyrrusowy. Afiszowanie się przez Poroszenkę z tak toksycznymi osobistościami jak Truchanow i Kernes tylko zniechęca wielu prozachodnich wyborców.

***

Na tym tle niezamieszany w tak patologiczne związki Zełenski rzeczywiście jawi się jako wybawienie. Na dodatek w przeciwieństwie do swego rywala okazuje się, że ma strategię. Już teraz niektórzy blogerzy, najczęściej ze śmiechem co prawda, twierdzą, że aktor zjednoczył Ukrainę jak nikt inny. Patrząc na to jak głosowali wyborcy w poszczególnych obwodach należy przyznać im rację.

Pojawiające się hasła jakoby był on politykiem prorosyjskim nie wytrzymują krytyki, jeżeli spojrzy się na ludźmi, jakimi zaczyna się otaczać. Oddaje on przewagę politykom i działaczom powszechnie znanym jako prozachodni. Co ważne chcą oni realnych zmian i nowej Ukrainy, a nie „wsi potiomkinowskiej”, udekorowanej tylko wyszywanką i ukraińską pieśnią, ale w środku będącej reanimacją Ukraińskiej Republiki Radzieckiej.

Wadą Zełenskiego rzeczywiście jest jego brak doświadczenia i związki z oligarchą Ihorem Kołomojskim. Nie zmienia to jednak faktu, że sabotaż reform i prorosyjskie związki prezydenta wyglądają znacznie bardziej odpychająco. Sztab i wyborcy Poroszenki muszą to przyjąć do wiadomości, jeżeli naprawdę chcą być świadkami drugiej kadencji „króla czekolady”.

ublikacja nie jest redakcyjna. Odzwiercie dla towyłącznie punkt widzenia i argumentację autora. Publikacja zostałaza prezentowana w prezentacji. Zacznij od poprzedniego wydania. Oryginał jest dostępny pod adresem: new.org.pl

GEOMETR.IT

Europas Banalität

in DE · Europe 2019 · Germany 2019 · Great Britain 2019 · History 2019 106 views / 0 comments

Germany     Great Britain  Europe       

GEOMETR.IT  swp-berlin.org

* Unter den langen weißen Wolken, unter der prächtigen Sonne, unter dem hellen Firmament, da war erst ein langgedehntes Tuten zu hören, dann rief die Schiffsglocke eindringlich zum Mittag, und ein malayischer Boy schritt sanftfüßig und leise das Oberdeck ab, um jene Passagiere mit behutsamem Schulterdruck aufzuwecken, die gleich nach dem üppigen Frühstück wieder eingeschlafen waren.

Seit zehn Jahren verharrt die EU in einer phasenweise existentiellen Dauerkrise. Zwar konnte ein Zerfall abgewendet werden, ausgestanden ist die Krise aber noch nicht. Damit Europa wieder zu einem Projekt wird, das mit Zukunft und Zusammenhalt verbunden wird und für das man sich und andere begeistern kann, müssen nachhaltige Krisenlehren gezogen werden.

  • Dazu werden in dieser Studie die exogenen und endogenen Krisenquellen mit dem Ziel diskutiert, Aus- und Irrwege aus der Krise aufzuzeigen. Denn Europa wird gebraucht: Frieden und Sicherheit, Freiheit und Demokratie, Wohlstand und soziale Teilhabe, globale Mitgestaltung und Mitbestimmung – in einer im Guten wie Gefahrvollen verflochtenen Welt können Europas Nationalstaaten all dies nur als Werte- und Handlungskollektiv erreichen.
  • Das macht Europas Banalität des Guten aus. Nicht nur, aber gerade für Deutschland. Wenn Europa scheitert, scheitert auch Deutschland, weil sein Wohlergehen massiv gefährdet wäre. Deutschland kann in Europa kein Hegemon sein, und eine (Europäische) Union von Nationalstaaten kann nur gedeihen, wenn alle nationale Eigenverantwortung übernehmen und europäische Solidarität üben.
  • Geschichte, Geografie und Größe machen Deutschland zu einem Akteur mit besonderer Verantwortung und besonderen Möglichkeiten. Es sollte deshalb massiv in Europa und das deutsch-französische Zusammenwachsen investieren, was unbequeme Entscheidungen auch in der Verteidigungs- und Rüstungspolitik erfordert. Dies zu erklären und zu vertreten ist eine politische Führungsaufgabe in Deutschland.

Die krisengeplagte Union

»Nichts ist so erfolgreich wie der Erfolg.« Das gilt auch umgekehrt: Ständiger Misserfolg wird zu einer selbsterfüllenden Prophezeiung, wenn das Zutrauen in eine Besserung schwindet.

Das könnte auf die europäische Krise zutreffen. Eine Krise strapaziert das Vertrauen der EU-Partner in die Bereitschaft aller, national verantwortlich und europäisch solidarisch zu handeln. Das gilt umso mehr, wenn sie tief ist, anhält und immer wieder Rückschläge auftreten. In diesem Sinne hat die EU-Dauerkrise sich selbst genährt und damit autogen krisenverschärfend gewirkt.

Die Nationalstaaten sind noch lange nicht am Ende.

Auf der anderen Seite der Trennlinie stehen jene, die dem Demokratiedefizit primär auf europäischer Ebene und durch partizipative Elemente begegnen wollen. Unter ihnen am weitesten gehen jene, die überzeugt sind, dass Europa seine Krise »nur mit einem mutigen Sprung« überwinden könne:

  • »Konkret braucht die Europäische Union ein vollwertiges Parlament, das eigene Einnahmen erheben kann und das sich aus eigener Legitimation souverän daranmacht, die EU in einen föderalen Bundesstaat umzubauen.«
  • Anders lasse sich dem Demokratiedefizit nicht beikommen und die EU nicht ausreichend handlungsfähig machen. Guérot reicht das nicht. Sie sieht das Grundübel in den Nationalstaaten, die den Weg zu einer transnationalen europäischen Demokratie verstellten.
  • Deshalb plädiert sie für die Ablösung der Nationalstaaten durch eine »Europäische Republik«, deren Unterbau aus 50 Regionen mit jeweils rund zehn Millionen Einwohnern bestehen solle. Durch eine solche postnationale Demokratie könne »die dominante (und blockierende!) Stellung vor allem der drei großen europäischen Nationalstaaten Frankreich, Großbritannien und Deutschland – im deutschen Fall sogar die derzeit hegemoniale Stellung in Europa – überwunden« werden.

Keine Verselbständigung

Von undemokratischer Selbstermächtigung könnte gesprochen werden, träfe die Behauptung zu, EU-Organe wie Kommission, EZB und EuGH würden an den Mitgliedstaaten vorbei oder gar gegen sie agieren. Erstens ist die Evidenz dafür nicht ausreichend;EuGH und Kommission haben eine neoliberale Agenda nur verfolgen können, weil sie sich im Einklang mit den Mitgliedstaaten befanden. Zweitens sind die Unabhängigkeit und Spielräume, die diese supranationalen EU-Instanzen haben, vertraglich geregelt und somit von den Mitgliedstaaten legitimiert.

Keine Fremdherrschaft

Weder der Europäische Rat im Allgemeinen noch eine verdeckte »Regierung« oder die in der Eurokrise eingesetzte »Troika« aus Kommission, EZB und IWF üben oder übten illegitime Herrschaft aus.

Dass der Europäische Rat Entscheidungen mit Reichweite für alle Unionsbürger trifft, obwohl er keine von allen Unionsbürgern gewählte »Regierung«, sondern ein Organ aus national gewählten Mitgliedern ist, de-legitimiert ihn nicht. Die Mitgliedstaaten haben es so gewollt.

Dass die Troika als eine Agentur der Kredite gebenden und verbürgenden Länder auftritt und diese Länder über die Bedingungen der Hilfsprogramme bestimmten, verstößt nicht gegen demokratische Prinzipien oder europäische Regeln. Auch die Eurozone ist nach dem Willen ihrer Mitglieder kein Gebilde mit staatsanalogen Strukturen und Beistandsmechanismen.

Dieser Umstand entzieht sachlicher Kritik an der Troika-Politik oder an der deutschen Eurokrisenpolitik nicht ihre Berechtigung, aber von Fremdherrschaft zu reden trifft es nicht.

Kein undemokratisches Elitenprojekt

Pro-europäische Eliten nahmen und nehmen maßgeblichen Einfluss auf die Aufnahme des Integrationsprozesses, seinen Fortgang und sein inzwischen erreichtes Ausmaß. Das muss nicht bezweifeln, wer gleichwohl anzweifelt, dass dieser Prozess »hinter dem Rücken« der Bevölkerungen oder gar gegen ihren Willen abgelaufen ist.

So verstrickt sich ein Anhänger dieser These in einen eklatanten Widerspruch, wenn er behauptet, die EU und ihre Vorläufer »seien keine Volksschöpfung. Ja nicht einmal Konstrukte, hinter denen ein wirklich starker Wille der Völker gestanden hätte.

« Damit unvereinbar ist, wenn er andererseits feststellt: »Mit den Völkern war also von Anfang an zu rechnen. Manche von ihnen stimmten einst einigermaßen emphatisch der europäischen Einigung zu.«

Die europäischen Verträge sind auf den national vorgesehenen Wegen ratifiziert worden, in der Regel durch die Parlamente, in einigen Fällen durch Referenden. Nationale Regierungen werden auch mit der Maßgabe gewählt, ihr Land in den EU-Gremien zu vertreten. Trotz schwacher Wahlbeteiligung tragen Europawahlen und das Europäische Parlament zur europäischen Öffentlichkeit bei.

Europas Dauerkrise und Fast-Zerfall haben das öffentliche Bewusstsein und die mediale Aufmerksamkeit für europäische Themen geschärft – mit für die europäische Integration nicht nur positiven Folgen, aber auch die Auseinandersetzung mit anti-europäischem Populismus bringt das Thema auf die öffentliche politische Bühne.

Selbst wenn Habermas recht hätte, dass eine politische und mediale Elite in Deutschland auf die »Entmündigung des Publikums« hingewirkt habe – gelungen ist dies angesichts der heftigen Debatten um die Eurozonen- und die Flüchtlingspolitik nicht. Er übt scharfe Kritik an der deutschen Eurozonenpolitik, die jedoch in der letzten Bundestagswahl im Wesentlichen bestätigt wurde. Das kann man bedauern, einer »Entmündigung« kommt es aber nicht gleich.

Begrenzte Relevanz

Das »Demokratiedefizit« steht seit langem im Fokus von Wissenschaft und Politik. Demgegenüber scheint es für die Unionsbürgerinnen und bürger von geringerer Bedeutung zu sein. In einer 2016/17 durchgeführten Umfrage in zehn EU-Ländern hielten zwar 25 Prozent der Bürgerinnen und Bürger und 13 Prozent der Elitenangehörigen die EU für undemokratisch, aber die große Mehrheit in beiden Gruppen zeigte sich mit dem demokratischen Zustand der EU zufrieden.

 Die schwache Beteiligung an Wahlen zum Europäischen Parlament ist unter anderem darin begründet, dass seine inzwischen erreichte Bedeutung zu wenig bekannt ist und nationale Themen im Vordergrund stehen. Wäre jedoch das »Demokratiedefizit« ein brennendes Anliegen der europäischen Bevölkerungen, hätten es die Parteien leichter gehabt, für eine stärkere Wahlbeteiligung zu mobilisieren.

   Die Veröffentlichung ist kein Leitartikel. Es spiegelt ausschließlich den Standpunkt und die Argumentation des Autors wider. Die Publikation wird in der Präsentation vorgestellt. Beginnen Sie in der vorherigen Ausgabe. Das Original ist verfügbar unter: swp-berlin.org

GEOMETR.IT

Go to Top