4. ЛОНДОН. Виды Странной Империи

in Culture 2018 · Europe 2018 · Great Britain 2018 · History 2018 · Nation 2018 · Politics 2018 · RU · Skepticism 2018 · State 2018 152 views / 18 comments
          
66% посетителей прочитало эту публикацию

Great Britain       Europe       Russia         World       

GEOMETR.IT   magazines.russ.ru

 

* Подальше от сырого Лондона и мрачного Острова, управляемого туповатыми аристократами

 Лондон, где я живу уже четыре года, – город странный. Когда-то, лет двадцать тому назад Александр Пятигорский написал: “Лондон – один из самых нейтральных городов мира. Ты здесь – ничей. А плата за это: все здесь – не твое”.

  ( 04  )

Это действительно так – и в смысле жизни здесь, и в рассуждении местной архитектуры, да и в отношении историко-культурных, социально-экономических сюжетов. Даже драм, которые разыгрываются в этом городе, как бы не влияя друг на друга, оставаясь в собственном контексте.

Точно так же, как здания разных эпох, стилей, интенций строителей, инвесторов и обитаталей этих строений как бы стоят отдельно, не имея в виду друг друга. Оттого особая “ничейность” прохожего, который спешит по своим делам мимо них; все это как бы “его”, но на самом деле нет.

Лондон обязан своей мощью, богатством, этническим и религиозным разнообразием временам Империи. И того, что происходит после ее распада. В этом смысле, Лондон воплощает в себе судьбу Запада как такового, особенно Европы, которая еще 100 лет назад владела большей частью земного шара.

Нынешняя главная глобальная тема – отношение к Другому. Эта тема очень лондонская. И не только потому, что здесь живут миллионы самых разных людей, здесь и постколониальная рефлексия самая любопытная и напряженная.

Несколько европейских арт-изданий попросили меня вести своего рода дневник лондонской арт-жизни. Сначала мне эта идея не очень понравилась, так как я не являюсь ни искусствоведом, ни арт-критиком.

Однако в какой-то момент я понял, что выставки и музейные коллекции – отличный повод для историка и литератора подумать и поговорить о том, что меня действительно занимает. Об истории и ее отношении к современности. О том, как функционирует общественное сознание сегодня. Из каких элементов оно состоит.

Получился действительно дневник, своего рода, как остроумно заметил рижский редактор Сергей Тимофеев, “путеводитель по закончившимся выставкам”. Как и в любом дневнике наблюдателя, некоторые темы собрались в пучки, стали метасюжетами. Одним из таких сюжетов и стала тема колониализма, ориентализма, этой давнишней, но все более актуальной игры.

Игры условного Запада с условным Востоком.

Я предлагаю читателям отрывок из этого дневника. В нем отчеты о двух выставках оказались связанными между собой историями о том, что происходило во второй половине XIX века. В столь сейчас популярные времена королевы Виктории…

*

Обратим внимание на несколько любопытных деталей, которые многое проясняют в той самой знаменитой концепции “Запад versus Восток”, что некогда столь превратно истолковал Киплинг.

Запад, представленный на картине генералом Гордоном, уже тогда был мультикультурным, достаточно посмотреть на наряд героя. Нелишним будет прокрутить в голове и всю его героическую биографию.

Гордон почти никогда напрямую не служил империи, королеве, Британии, он всегда работал с довольно пестрой властью, состоявшей из местных правителей, западных контролеров и советчиков, а также международных авантюристов всех мастей.

Гордон живо интересовался странами, где ему приходилось действовать; он на самом деле пытался хотя бы чуть-чуть переустроить местную жизнь на более гуманный лад – в его, конечно, представлении. А представление у него было протестантское и даже отчасти миссионерское, смешанное с верой в прогресс как технический, так и моральный.

Проблема заключалась в том, что народы, которым Гордон хотел привить свои представления, не верили ни в прогресс, ни в протестантского Бога. У них был свой Бог и своя жизнь, которая для большинства становилась хуже с появлением чужеземцев в красных мундирах.

Силой, подкупом и лестью западным людям удавалось добиться лояльности от многих в Африке, Азии и на других дальних территориях – и вот здесь, как и в случае генерала Гордона, начинался микс. Собственно, колониализм, империя, в нашем случае, Британская империя – это и есть специальный способ такого микса, имевшего долгоиграющие, длящиеся до сего дня политические, экономические, социальные и культурные последствия.

“Последний рубеж генерала Гордона” висел в третьем зале выставки под названием “Имперская героика”. Там можно было обнаружить еще несколько “Последних рубежей”, в частности, “Последний рубеж в Изандвлане” Чарлза Эдвина Фриппа.

Здесь, в отличие от героической смерти генерала Гордона (его телохранитель Ага Халил Орфали был ранен в бою и потерял сознание, так что, придя в себя, увидел сагиба уже обезглавленным), повествуется о коллективном подвиге целого британского подразделения, принявшего неравный бой с зулусами. На этой картине все проще – красные мундиры солдат и ружья со штыками против полуголых бойцов с щитами, топорами и дротиками. Никакого микса, условный чистый Запад сошелся с условным чистым Востоком (хотя географически это юг), схватка “наших” с “ненашими” у черта на куличках.

Оттого произведение Фриппа сегодня почти не воздействует на зрителя: обычная батальная сцена, таких тысячи; картина, которая вполне могла украшать (думаю, и до сих пор может украшать) гостиную ветеранского клуба какого-нибудь Ланкаширского пехотного полка.

А вот Джой ухватил главную для западного человека драму империи – драму персональную, в ней переплетены благие намерения, авантюризм, морализм, жестокость, мужество, коварство и неистребимое стремление выходца из британского среднего класса куда-то туда, за горизонт, подальше от сырого и мрачного острова, управляемого туповатыми аристократами.

Сегодня Гордона можно представить менеджером дубайской компании – или он даже отправился бы руководить миссией “Врачей без границ” в Ирак. “Время тогда такое было”, – как говорит героиня известного анекдота.

Выставка состояла из шести тематических залов, последовательность которых складывалась в очень современный идеологический сюжет.

Первый зал Artist & Empire  – о том, как загадочный, только что открытый мир наносился на карту.

Второй зал Artist & Empire  – репрезентация того, что кураторы назвали “Трофеи Империи”.

Третий зал Artist & Empire  – про героев колониализма. Четвертый (самый, пожалуй, любопытный) – Power Dressing (на русском что-то вроде Одеяния Власти).

Самый забавный портрет в этом зале написан в XVI веке, и дело в нем происходит в самой старой английской колонии – Ирландии. Один из колониальных администраторов Ольстера представлен в виде ирландского вождя – без штанов, с голыми ногами, босиком, с ирландским круглым щитом и дротиком, но камзол у него чисто английский, украшенный к тому же изысканнейшим кружевом.

Портрет напомнил мне фотографии детей из хороших семей начала прошлого века, когда мальчиков и девочек без разбору одевали в платьица. Англичанин и выглядит как ребенок в кружавчиках, а ведь перед нами безжалостный головорез. Ничего подобного в голову не приходит, когда смотришь на позднейшие костюмированные портреты, уже привыкаешь – да, здесь изображена персонифицированная Империя Всеобщего Микса.

Да, здесь изображена персонифицированная Империя Всеобщего Микса. Империя – а викторианская Британия была настоящей Империей – есть торжество универсального принципа и самых разнообразных, порой экзотических реализаций этого принципа “на местах”. В этом смысле Чарлз Джордж Гордон, который, говорят, имел краткий теологический эпистолярий с Махди, действительно идеальный солдат такой империи.

Пятый зал Artist & Empire – уступка современной “гуманистической”, антропоцентрической поп-идеологии, выраженной идиотским лозунгом Express Yourself! (вот уж буддисты над этим смеются, наверное).

Он назывался “Лицом к лицу” и в нем можно было найти лица тех, кто в силу разных причин оказался подданным Британской империи. Характерно, что самые интересные портреты субъектов колониализма нарисованы не британским художником.

Вéнец (и, судя по фамилии, чех по происхождению) Рудольф Свобода получил в 1886 году от королевы Виктории заказ на несколько портретов ее индийских подданных, привезенных на Всемирную выставку в Лондон.

Комиссия была исполнена, королеве понравилось, и сегодня несколько работ Свободы украсили пятый зал Artist & Empire. Это очень европейские, континентальные, “психологические” работы, не имеющие отношения к господствующим тогда в Британии стилям и направлениям. Одна из них, портрет ткача Бакширама, стала заглавной картинкой рекламной кампании Artist & Empire.

Если оставить в стороне живописную технику и всяческие специальные детали, то свободовский Бакширам мало отличается от крестьянских портретов, сделанных интеллигентскими живописцами Российской и Австро-Венгерской империй во второй половине XIX века. Это действительно Другой, неважно, социально другой или этнически другой, но усилия художника направлены на то, чтобы заставить зрителя почувствовать изображенного “своим”.

Рудольф Свобода был признанным ориенталистом (юный Киплинг, повстречавший живописца в Индии, назвал художника “австрийским маньяком”, возомнившим себя Всевышним, который может объять весь “жаркий Восток”).

Однако в этих портретах он не ориенталист, а скорее “реалист”, что ли, представитель образованного класса, сочувственно пытающийся показать, что “они” (то есть необразованные низшие классы) тоже люди, в сущности, такие же, как и мы. Социальная драма, а не схватка цивилизаций. И ровным счетом ничего имперского здесь нет.

Кирилл Кобрин. Картинки Империи. Фрагменты лондонского арт-дневника К.Кобрина.-Журнал «Иностранная литература» 2018, 2 .

*  04 –  Публикация не является редакционной статьёй. Она отражает исключительно точку зрения и аргументацию автора. Публикация представлена в изложении.  Оригинал размещен по адресу:  magazines.russ.ru

* * *

ЕВРО-НАРОД снова против ЕВРО-СОЮЗА  13.06.2018

Опасные Игры Сонной Европы  13.06.2018

Восточная Европа и Гаврила Принцип   13.06.2018

G7. Они не читали Рикардо и Адама Смита   13.06.2018

Трамп в Сингапуре Бежит от Судьбы «Хромой Утки»  13.06.2018

G7 und „Friedensmission  13.06.2018

Proces Współpracy   13.06.2018

The Visegrad umbrella   13.06.2018

GEOMETR.IT  

18 Comments

  1. В общем можно сказать, что Англии как государства нет. Одно время между Англией и Ост-Индской компанией шла напряжённая борьба. Считается, что победила Англия. Отсюда, соотвественно, пафос новой хронологии…

  2. он всеми силами дистанцируется от своих соотечественников в Лондоне и почти не принимает участия в дорогостоящих увеселениях. «Эти люди из самых низов. Потому так себя и ведут»

  3. он к разбогатевшим с нуля относится по-снобистски: «Главное для них — деньги. И больше ничего. Вот такое сочетание: большие деньги — и никакого образования и эстетических ориентиров. То есть вкуса».

  4. он готов лично объехать все западные графства в поисках черных лебедей для своего сада или залезть в вертолет, чтобы вместе с пэром Дэвидом Холмондели немедленно лететь в Норфолк, куда из России привезли выставку картин из собрания Екатерины Великой

  5. Вот такой спектр интересов.«Я просто в восторге от него, — сказал мне человек, которому по британской должности не положено быть от него в восторге. — Как он пускает пыль в глаза нашему обществу — любо-дорого посмотреть!

  6. Ещё Ницше объяснил , что “воля к власти” это просто способ существования сущего. То есть сама по себе власть суть только орудие, каковое используют для достижения неких целей.

  7. для чего этот инструмент нужен нынешней “аристократии”? – Чтобы спокойно бултыхаться в той бездне нигилизма которую приоткрыл Ницше – “тот, кто вглядывается в бездну, должен помнить, что бездна вглядывается в него.” Вы, несомненно, поняли: “власть суть только орудие”. Результат – конец британского владычества в Индии в 1947 г. 1947 год – Плюнь в грязь – будет мазь.

  8. англо-аристократы, человеки без свойств, без имени, национальности, вообще без лица – поэтому почему вы решили, что данная власть осуществляется ими в интересах Англии?

  9. Столь могущественная аристократия, обладающая столь колоссальной властью, вовсе не обязана преследовать интересы страны, она преследует исключительно собственные интересы.

  10. в истории оформления британской имперской идеологии центральное место принадлежит Джону Ди – 1527-1608 -известному английскому мыслителю, географу и математику – интересно, что свои секретные сообщения королеве Ди подписывал псевдонимом «007».

  11. ему принадлежит появление термина «Британская империя» и разработка концепции прав Англии на колониальные завоевания и доминирование в мире – Ди подчёркивал, что Британская империя превосходит любую земную монархию и может стать всеобщей монархией.

  12. он сопоставил нарождающуюся Британскую империю и с христианским идеалом «мистического универсального града» и «космополитическим правительством» для управления им – говорил он в этой связи и о концепции «гражданина мира» – это приводило к воспитанию имперского чувства у англичан

  13. держатель наследственного капитала светиться не любит ему нужна маскировка, на которую он тратит деньги не меньше, чем иной на саморекламу

  14. но если финансовый аристократ стал появляться на публике, значет дела плохи – он “выходит в тираж”, люди своего круга даже кредит не дают или же он своей тушей прикрывает зверя совсем крупного, т.е. явлется подставным лицом.

  15. Вот например Ротшильды. Даже среди евреев Франкфурта к 1810 году еле-еле входил в первую десятку. Образ жизни? “..он по Франкфурту всегда в окружении целой свиты нищих ходил. Им он подавал милостыню или добрые советы.”

  16. Но это замаскированный подлец – с ним в тени класс аристократии, совокупный капитал которой гораздо больше капитала королевской фамилии. Эта аристократия никакие не англичане в своей стране”.

  17. Но – “И когда по вечерам проезжал он по городу на своей коляске – казалось, что едет не человек, а языческий бог” (А.П.Чехов “Крыжовник”) – Прогнулась вся Европа под Ротшильдами, никто пикнуть не смел. Даже могущественный Николай I заискивал.

  18. Иногда Ротшильды баловались (как леди Ди) и “плохих мальчиков” наказывали (как леди Ди). Кто застрелился, кого зарезали. Англичане хорошие воспитатели. В смысле любят это дело.

Добавить комментарий

Your email address will not be published.